22.02.2017 г.
Главная arrow Образование arrow О.Н.Верещагин. Астрономические инициативы



О.Н.Верещагин. Астрономические инициативы Печать E-mail
Автор Редактор   
21.12.2016 г.
Когда более трех месяцев назад РФ получила нового министра образования, я какое-то время находился в осторожном радостном удивлении. Заявления высшей чиновницы о вредоносности ЕГЭ, о необходимости вернуть в школы астрономию и 

vereshchagin1.jpg

трудовое воспитание, о том, что нельзя оскорблять профессию учителя клеймом «услуги» и многое другое, вызвали у меня положительный шок.

Но в то же время я не мог поверить, что на таком посту мог оказаться человек, который на самом деле будет действовать в интересах русского народа и русского детства. 
Что можно сказать? Я не ошибся. Не столь давно министр образования выступила на страницах СМИ с развернутым обращением – какой она видит школу РФ в будущем. И среди прочего, уже перечисленного мною выше, там были два пункта, которые как нельзя лучше показывают, что «реформы продолжаются». Причем продолжаются в резко антирусском и антидетском ключе. 
Во-первых, министр обратила внимание всех на то, что в школах будет увеличено число психологов. Также она сказала, что в настоящее время школа не имеет права оказывать ребенку психологическую помощь без письменного разрешения родителей – и с этим надо кончать, как можно скорее наделив школьных психологов законными правами работать с детьми, ни у кого не спрашивая разрешения. 
Во-вторых, по вопросу «инклюзивного образования», сиречь обучения умственно отсталых и психически ненормальных детей вместе со здоровыми, министром было четко заявлено: ни о каком раздельном обучении нельзя даже думать, это нарушение прав маленьких граждан РФ. 
Собственно, этих двух пунктов за глаза хватит, чтобы похоронить все астрономии и трудовые воспитания. Если кто не понимает, я сейчас объясню почему. 

ПЕРВОЕ 

Какова функция психолога в школе? У нас данный персонаж пока что не очень распространен и почти не имеет власти, но можно наглядно себе представить этот вопрос по западным стандартам. 
Так вот. Психолог имеет две основные функции. 

Первая – это распространитель наркотиков. Как психологических, так и химических. Задача психолога – максимальная тишь, гладь и благодать на территории школы. Но достигается это не работой учителей, не воспитанием или заинтересованностью детей, а чистым давлением на них. Для более слабых – это наукообразная обработка словами, после которой они становятся неспособными в случае опасности даже к защите бегством. Для более сильных – транквилизаторы; в результате их применения 15-летние парни нередко постоянно носят памперсы и радуют своей неконфликтностью школьную администрацию. Что на самом деле думают, чего хотят дети, как ведут они себя за пределами школы и как аукнется эта обработка им в старшем возрасте – психологу неинтересно в принципе. 

Вторая – это доносчик. Стукач. Психолог обязан накапливать материалы обо всех своих пациентах и по первому требованию предоставлять их школьной администрации, полиции, соцслужбам и кому угодно.

Повторяю – это его обязанность! Никакой «врачебной тайны» психолог не соблюдает, хотя никогда в этом не признается. Ну а в случае прямого уличения его в стукачестве у него есть железная отмазка: «Это были действия в интересах ребенка!» Если кто не знает, «в интересах ребенка» на Западе и с семьей, и с самим ребенком можно сделать всё что угодно. Всё. Я не преувеличиваю. 
И все-таки, почему новый министр образования так заспешила и фактически настаивает на лишении родителей права определять, нужно ли ребенку общение с психологом или нет? 
Секрет тут липовый. За последние четыре года, благодаря деятельности таких организаций, как РВС и АРКС, большинство на самом деле интересующихся своими детьми родителей многое узнали о деструктивной роли психологов в школе. И запреты для школьной администрации со стороны родителей привлекать детей к беседам с врагами семьи стали массовым явлением. На самом деле массовым.

Психологи лишаются базы для работы, контингента для промывки мозгов, причем наиболее важного, от них отрезают тех детей, которые небезразличны родителям! Следовательно, нужно обеспечить им этот контингент силой. Разумеется, «во имя интересов детей». 
Кроме того, в той же самой беседе со СМИ министр проговорилась. Ее беспокоит, что школа стала местом агрессии, в том числе агрессии, замешанной, от себя добавлю, на вонючей бражке «мультикультурного общества». Ни для кого не секрет, что зачинщиками этнических конфликтов в школах (а такие конфликты – неотъемлемая часть «мультикультурности»!) практически всегда выступают вовсе не русские дети. Русские дети – в положении потерпевших или в лучшем случае – успешно обороняющихся. И психологи должны выполнить и эту предательскую функцию: пострадавшим путем «метода отстранения от проблемы» внушить, что это не так страшно, и во имя чего-то там такого «нужно потерпеть и простить», «агрессивным обороняющимся» постараться промыть мозг насчет «мирумира», а на крайний случай – пустить в ход все те же транквилизаторы, чтобы подавить их волю. В РФ запрещены так любимые в школах на Западе риталин и терозин, но их производные под другими названиями прописываются русским детям очень широко. 
Сообщение из моей свежей декабрьской почты: «Знакомая после многочисленных жалоб из школы повела ребенка к психиатру. Синдром дефицита внимания и гиперактивности слепили с порога, тучу ноотропов, как водится, выписали. Пришел с работы папа, выкинул таблетки, снял ремень и в первый раз за семь лет, под крики мамы о разводе, выдрал сына. Вот уже два месяца прошло, и куда только делись шилопопость, хулиганство на уроках и страшная неусидчивость?» 
Метод, конечно, замечательный. Но по принятому летом «закону о шлепках» за него грозит до двух лет тюрьмы. Напомню, закон был подписан президентом РФ, вопреки многочисленным его обещаниям, данным русским родителям не допустить в России и следа ювеналки… 
…Кстати. А есть ли вообще у русских родителей какие-то основания верить современной школе? 
А вот. Посмотрите (сохранен оригинальный стиль).
То, что будет описано ниже, абсолютно реально и происходит сегодня. Вернее, вчера.  Все это произошло с братом моего крестника и сыном моего друга, с которым мы не один раз объездили с гуманитарной помощью почти все передовые Донбасса. 
Серега пишет: «Вот жена отправила непосредственно директору школы, сейчас пошла с сыном к психологу в поликлинику – взять справку, что тот боится идти в школу, опасаясь преследований со стороны «подручных» социального педагога. 
«Жалоба директору Государственного бюджетного общеобразовательного учреждения города Москвы «Школа с углубленным изучением иностранного (английского) языка №1245» от матери ***.
1 декабря 2016 года мой сын ***, ученик 4-Г класса, на уроке физкультуры подошел к однокласснику ***, который сидел в стороне и плакал. Мой сын поинтересовался: «Чего ты плачешь?» *** ему ответил: «Убейте меня». Мой сын был удивлен и на это ему сказал: «Ну ты и дурак». (*** и *** в моем присутствии на встрече с социальным педагогом подтвердили что именно так и было.) На перемене после четвертого урока, пришла в класс «социальный работник» и со словами «Следуйте за мной» увела моего сына ***, *** и *** в сопровождении старшеклассников (которые якобы являлись свидетелями, как мой сын обидел ***) к себе в кабинет (старшего корпуса) и угрожала ему уголовным кодексом. Мой сын, плачущий, пришел на середину пятого урока. Учитель не поинтересовался, почему ребенок расстроен, почему он плачет и где он был. После окончания пятого урока старшеклассники выловили *** и отвели опять к «социальному работнику» и допрос продолжился. Со *** пошла ***, ей стало интересно, почему *** плачет. 
*** вернулся из школы домой в слезах и истерике. Первое, что я смогла понять из его слов, «… вас всех посадят, нас заберут»… Я сразу позвонила классному руководителю Булгаковой Ирине Александровне. Она не знала о произошедшем. Я пошла в школу для выяснения. На разбирательстве присутствовали Науменко Л.В., Булгакова И.А, Леонова Л., психолог Чекомазова Елена Анатольевна, два старшеклассника, ***, я и мой сын. «Социальный работник» вела себя крайне нагло, агрессивно, неуважительно, разговаривала как с преступниками какими-то, а главное, говорила мне: «Да если мне надо, учитель (Булгакова И.А.) подтвердит, что вы ножами здесь кидались». А также в агрессивной форме сказала, что если ваш сын *** назвал *** дураком, значит, вы его дома так называете – дураком, унижаете, значит, у вас неблагополучная семья. А также в присутствии всех пригрозила подать заявление в ювенальную юстицию... и написать заявление в соответствующие органы… 
Науменко Людмила Валерьевна осуществила реальный допрос четвероклассклассника в присутствии двух старшеклассников, которые поддакивали и рассказывали моему сыну о том как он попадет в колонию для несовершеннолетних. Моего сына *** в слезах заставляли пол-урока читать Уголовный кодекс, при том Наумова Л.В. приговаривала: «Че ты ревешь? Ты что, не мужик?» Она высмеивала его и кричала. 
Одноклассницу моего сына *** она назначила наблюдающей за детьми, и в случае плохого поведения она должна детям грозить Уголовным кодексом. 
Возникает масса вопросов. 
Какое имела право Науменко Л.В учинять допрос несовершеннолетнего ребенка без присутствия его непосредственных защитников – родителей, согласно статье 56 СК РФ? 
Привлекать посторонних лиц и оказывать давление? 
Хамски угрожать родителю и ученику?
 
Как такое произошло, что неизвестный для моего ребенка человек, назвавшись помощником директора, уводит моего несовершеннолетнего сына на допрос? И никто об этом не знает! Я не подписывала бумаги, разрешающие социальному педагогу старших классов общение с моим ребенком. 
Как так получается, что классный руководитель не в курсе происходящего на перемене и уроке? Как так получается, что к учителю на середину урока приходит плачущий ребенок – и не предпринимается ничего для выяснения причины? 
Как так получается, что на уроке физкультуры сидит плачет ребенок на скамейке – и учитель ничего не предпринимает? 
Почему «социальный педагог» применяет к детям методы насилия и запугивания? 
Вечером этого же дня мой ребенок *** отказывается идти в школу, боится мести социального педагога и ее подопечных старшеклассников, которые его привели к ней…»
 
http://polynkov.livejournal.com/1469494.html

Родительские преувеличения? Вот именно такие «преувеличения», если на них не реагировать, приводят позже к трагедиям. Именно это, а не мифическое «семейное насилие» – затравленный старшими в союзе с педагогами (и нередко с их подачи!) «неудобный» мальчишка или просто получает психическое расстройство, или получает психическое расстройство и однажды приходит в школу с топором. И потом толпа «ответственных» бегает и кричит: «Ай, как мы недоглядели! Ай, да ведь надо было за семьей внимательно следить!» А следить внимательно надо было за собой. Тут я поставлю точку, чтобы не съехать на другую тему – о недопустимости работы в школах с мальчишками педагогов женщин… 
…А вот что сообщает все то же РВС – Родительское всероссийское сопротивление: «Централизованные сведения обо всех детях России и их родителях через систему «Контингент» поступят в руки частного бизнеса, и собирать их будут без согласия родителей. Опыт пилотных регионов показал, что родители не узнают, какие данные собраны на их детей и на семью: доступ к информационной базе «Контингент» родители не получат… ИС «Контингент» из казавшегося фантастическим проекта Минобра и Минкомсвязи превратилась в реальность. 
Это подтверждает и проект закона №1048557-6 «О создании государственной системы «Единая федеральная межведомственная система учета контингента обучающихся по основным и дополнительным образовательным программам», который с апреля 2016 года находится в Государственной думе и уже принят в первом чтении 10 июня 2016 года, и проведенные в регионах тендеры, и письма из регионов, и единый сайт системы, и тревожные сведения от сотрудников сферы образования. 
Внедрение АИС «Контингент» идет в три этапа: 
На первом этапе в систему образовательной организацией должны быть внесены:
1) персональные данные ребенка (ФИО, дата и место рождения, пол, СНИЛС, гражданство, реквизиты свидетельства о рождении или другого документа, удостоверяющего личность, адрес регистрации / фактический по месту жительства / пребывания); 
2) персональные данные родителей / законных представителей (ФИО, дата рождения, СНИЛС, гражданство, реквизиты документа, удостоверяющего личность). 
На втором этапе будут внесены дополнительные специальные сведения (данные о здоровье: группа здоровья, медицинская группа, группа и причина инвалидности, наличие потребности в адаптивной программе обучения, наличие потребности в длительном лечении). 
Примечательно, что создают ИС «Контингент», содержащую все персональные данные на все 28 млн российских детей и их родителей, вовсе не государственные структуры. 
Какая ответственность за безопасность хранения данных предусмотрена разношерстным региональным ООО, ОАО, ЗАО, которым в рамках частно-государственного партнерства, передают огромные скопления персональных данных,  никому не известно».
 

Доверие школе? Возможность левым работникам этого бардака – типа психологов! – без разрешения родителей «работать» с детьми? Для чего? Для более полного обеспечения данными об этих детях структур МВД, местных органов опеки, чающих «перераспределения детей из семей экономически неблагополучных в семьи экономически благополучные»… или и вовсе – какой-нибудь израильской трансплантологической клинике? 
Жирно не будет, простите за мою латынь?.. 
…И дальше. Теперь – 

ВТОРОЕ 

Когда говорят о том, что обучение, например дауна или аутиста, в коллективе обычных детей, это «ничего страшного», то чаще всего упирают на слезки. Бьют на жалость. Рассказывают о «поцелуе бога», о «солнечных детях» (именно так все чаще буквально принуждают именовать психически ненормальных!), постоянно упоминают бредовую идею, что, находясь в одном коллективе с ненормальными, «обычные» дети, мол, «учатся понимать и сочувствовать». 
На деле исследования показывают, что речь идет не о «понимании и сочувствии». С одной стороны, дети с отклонениями в обычным коллективе становятся предметом травли – это так же неизбежно, как травля или даже убийство неполноценного от природы животного его сородичами. Избежать этого можно только сильнейшими репрессиями в отношении «жестоких детей», которые проводятся, как правило – смотри выше! – при помощи обработки через школьного психолога. В «продвинутых странах» доходит до того, что детей, которым противно или просто страшно сидеть рядом с ровесником, смотрящим в одну точку остановившимся взглядом, пускающим слюни, или тем, кто может ни с того ни с сего заорать и упасть на пол в припадке, – так вот, там «несознательных» детей принуждают сидеть рядом с больными и общаться с ними. 
А с другой стороны, у детей младших возрастов, регулярно наблюдающих умственно отсталых, постепенно массово проявляются симптомы такого же дефективного поведения. Причем симптомы, переходящие в устойчиво закрепляемые поведенческие стереотипы. Сиречь, здоровые дети психически заражаются отклонениями от своих вынужденных ненормальных соседей по классу. 
О том, что сам учебный процесс в таких условиях резко замедляется и искажается, я даже упоминать не стану. А вот что пишут о подобных инициативах люди, а точнее, не просто люди, а женщины. 

…В Аргентине женщина с синдромом Дауна воспитывает детей в дошкольном образовательном учреждении... Женщина с синдромом Дауна. Работает с трехлетними детьми. Им, говорят, нравится, когда она скалит зубы, как акула. Наверняка еще и ложку в руке держит с трудом, роняет слюни в кашу и валит в штаны – дети видят в ней равную себе по уровню самообслуживания и чувствуют особую поддержку и понимание.

Я так понимаю, следующим этапом будут воспитатели гориллы?.. 
…Далеко не надо ходить за примером: моя двоюродная сестра, которая просто родилась с родовой травмой, а не была дауном, чуть не убила меня в детстве. Что-то ей ударило в голову, и она запустила в меня портняжные ножницы. Если бы не промахнулась, меня бы похоронили еще в четыре года. А ведь сестра всегда считалась тихой и мирной «дурочкой», которая и мухи не обидит… 
…Я, кстати, даже не вижу ничего плохого в том, чтобы инвалиды как-то себя реализовали, приносили пользу обществу. Тут смысл в другом – мальчику-инвалиду присудили первое место в конкурсе. Напоминает, как в Англии двухлетка с синдромом Дауна выиграла модельный конкурс. Понимаете, становится модно любить и почитать уродцев. В то время как есть масса здоровых, умных и талантливых детей… 

И так далее и тому подобное. Но мнение и желания нормальных людей, в том числе и родителей, чиновников менее всего интересуют. Если пойдет и дальше по западным лекалам – то в школах будет введен режим сверхтолерантности. Когда орущий на уроке даун вызывает у учителей милые улыбки, а попытка кого-то из ребят хотя бы просто попросить отсадить его от идиота оборачивается строгим разговором у директора, 38 часами обязательных походов к психологу и курсом медикаментозной терапии для «нетолерантного».  
Дело в том, что некоторая брезгливость по отношению к отсталым (как, кстати, и уважение к калекам, которые пострадали при защите Отечества и т.д.) на самом деле в крови у всех нормальных людей. Слом этой установки – важнейшая цель вот такой толерастизации детей. Сами по себе отсталые и их судьба разработчиков таких методик совершенно не интересуют – им важно «опустить» основную детскую массу. 
Посмотрите на западный кинематограф! Малолетние аутисты, дауны, извращенцы, трансы, зоофилы (пока что «всего лишь» в смысле те, кто любит каких-нибудь пескарей больше, чем близких своих... ), активные трусы по жизни, пацифятина, ксенофилы, калеки-калеки-калеки... Против – «серая масса» (т.е. карикатурно изображенные нормальные дети), которая «в процессе» перековывается в вышеуказанное. 
А потом взрослые удивляются, что в США из 270 вакансий в пилоты-истребители ВВС в 2014 году заполнились 139... 

* * *

…Возможно, вы, дорогие мои читатели, думаете, что я передергиваю? Ой нет! Усиление школьного контроля за детьми, усиление влияния на них сектантов от психологии, размывание психической нормальности детской массы отлично укладываются в общее русло с некоторыми иными инициативами, которые сейчас на подходе. Вот знакомьтесь
27 октября 2016 года. Рекомендации с парламентских слушаний на тему «Основные направления совершенствования семейного законодательства Российской Федерации на современном этапе». Пункт 1, подпункт 6. (ЧИТАЙТЕ ВНИМАТЕЛЬНО!) 
«О наделении органов полиции, выявивших в ходе мероприятий, проводимых в соответствии с федеральным законом, ребенка, оставшегося без попечения родителей, полномочиями составлять акты об отобрании ребенка и передаче его органам опеки и попечительства для последующего устройства ребенка в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации». 
Я сейчас расшифрую. Добрым тетям из органов опеки ходить по семьям и забирать детей становится уже страшновато. А скоро будет совсем страшно. Законным же путем брать с собой наряд ОМОНа – сложно, для этого нужна куча бумаг. Посему решено передоверить первичную функцию «спасения детей» полиции. Тамошние работники и собаку дворовую могут бесстрашно и метко пристрелить, и геройски положить носом в пол мужика, вздумавшего защищать свою семью, – короче, сделать все то, чего тети из опеки сделать не могут в силу массовой трусости и ожирения. А уж потом ребенка со всеми законно составленными бумагами будут передавать дамочкам из опеки. При этом попытки сопротивляться «сотрудникам полиции при исполнении законных обязанностей» – это уже однозначно уголовная статья для наглых родителей – чего не скажешь о сопротивлении работникам опеки, которое законно в любой форме. 
Да что вы несете, автор, в гневе спросит читатель. Там же сказано черным по белому – «ребенка, оставшегося без попечения родителей»! А вы что пишете?! Постыдились бы! 
Да мне уже стыдно. Мне стыдно, что я десять лет надрываюсь, огромное число людей мои статьи читает – а иные не слышат… или не понимают прочитанного, что ли, я не знаю?! Ладно, объясню снова, как это выглядит. Такие истории уже бывали, хотя и с другой целью... 
Лето. Едет наряд полиции мимо загородной речки или пруда. В папке у них грозный план с пустыми местами для «палок» по «спасению детей». За пустые места их терзает начальство. Они останавливаются, забирают с берега силой 1–2–3–4–5 – сколько надо! – купающихся или играющих детей и тут же составляют на них акты о безнадзорности и оставлении в опасности. Формально все будет по закону. Потом родители могут сколь угодно долго пытаться вернуть своих ребятишек – в лучшем случае, если им повезет, им вернут страдающие двумя-тремя болезнями издерганные комки нервов. И заставят еще и заплатить штраф за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей. А скорее всего, детей им просто не вернут. 
Да что я говорю! Уже были десятки случаев, когда «безнадзорных детей» обнаруживали в комнате с бабушкой и дедушкой, на руках у старших – сестры или брата, а то и у матери на руках. И ничего. Никого это не удивляло по большому счету. Наших людей вообще трудно удивить и расшевелить – пока какая-то беда не коснется их самих, и они, пройдя стадию недоуменных криков: «За что, я же хороший?!» – не начинают бегать за помощью. И натыкаются в точности на такую же стену равнодушия – кирпичиком, в которой недавно были они сами. 
И вновь слово еще одному моему интернет-знакомому: «Месяца три назад мне уже приходилось писать про электронные ошейники, извините, пока еще не ошейники, а браслеты, которые навязывают школьникам в качестве замены ученической электронной карты. Прежде всего, коротко поясню, что представляет из себя электронный браслет школьника... разноцветные пластиковые браслетики, по которым детей будут впускать в школу, выдавать им книжки в библиотеке, продавать шоколадки в школьной столовке и многое другое. По сути, браслет будет для детей удостоверением личности, совмещенным с кошельком. Так вот, несколько месяцев назад я написал, что большинство родителей встретят такое нововведение на ура. И я ничуть не ошибся... Школьные электронные ошейники, извините, браслеты, начали внедрять массово.

 В одном московском школьном классе, с которым я хорошо знаком, из родителей 24 детей только две семьи отказались надевать на своих детей эту штуковину, а остальные были даже рады получить задаром новую электронную игрушку. Казалось бы – очень удобная вещь. Да, для кого-то очень удобная... Почему-то многие люди (на первый взгляд они даже кажутся вполне психически здоровыми) совсем не обращают внимания но то, что еще одним, обычно не афишируемым, «достоинством» этих браслетиков является функция геолокации. В переводе на нормальный человеческий язык это означает: «Теперь Вы можете не переживать за своих детей! Добрые и заботливые дяденьки будут день и ночь отслеживать местонахождение Вашего ребеночка!» Родители, вам надо пояснять, что, поработав с данными с браслета, эти дяденьки (или тетеньки) БУДУТ ЗНАТЬ О ВАШИХ ДЕТЯХ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЁ и к тому же будут владеть информацией о том, где они находятся в данный момент с точностью до нескольких метров? Вообще-то, аналогичные устройства уже довольно давно используются для слежения за преступниками. Например, любимый многими Улюкаев сидит сейчас под домашним арестом с подобным браслетиком, только что функция оплаты печенек у него отключена... Подводя итог, можно поздравить устроителей системы тотальной слежки за всем и вся – большинство родителей добровольно (и с радостью!) отказались от своих детей и попросили неизвестно кого следить за ними, как за малолетними преступниками. Конечно, внедренный чип будет гораздо удобнее браслетов, тем более что через него можно будет посылать управляющие команды прямо в тела человеков, но это – следующий этап. Сегодняшняя ситуация показывает, что людишки готовы уже ко всему».

Контроль – это неплохо. Совсем нет. Вообще на свете много хороших вещей и инициатив. Но они, как пистолет. Если пистолет в руках человека, защищающего свой дом, – он благо. А если он в руках грабителя? А если вдобавок у хозяина дома пистолета нет, и ему запрещено его иметь в принципе?.. 
С грядущим возвращением астрономии в школы вас, дорогие мои читатели! 
                    

                Олег Верещагин

http://sovross.ru/articles/1493/29151

Последнее обновление ( 21.12.2016 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей