27.02.2017 г.
Главная arrow Главная arrow Геостратегия русской Евразии. Часть 2.





Геостратегия русской Евразии. Часть 2. Печать E-mail
Автор Редактор   
28.12.2016 г.

Heartland и интеграция постсоветского пространства

См. также: НАЧАЛО СТАТЬИ – Ч.1

На наш взгляд, ре-интеграция постсоветского пространства с помощью больших наднациональных образований является главным направлением геостратегии русской Евразии в XXI веке.

evrazija 1

  Речь идет об укреплении и развитии таких структур, как Таможенный Союз (ТС), Евразийский Экономический Союз (ЕвРАзЭс), Общий договор Коллективной Безопасности (ОДКБ), Единое экономическое пространство (УЭП), Союзное Государство России и Белоруссии и т.д.

Все эти международные объединения тесно взаимодействуют с более крупными организациями, такими как БРИКС и ШОС.

В настоящий момент интеграционные процессы на евразийском пространстве развиваются по следующим направлениям:

- координация усилий стран-участниц данных образований в решении внешнеполитических задач и выработке единой позиции по значимым международным вопросам;

- выстраивание взаимовыгодного сотрудничества в экономике и развитие промышленно-производственной кооперации;

- создание общих транспортно-транзитных логистических потоков;

- выработка единой таможенной политики;

- обеспечение национальной безопасности и обороноспособности стран—участниц ТС, ЕвРАзЭс, ЕЭП, ОДКБ;

- налаживание социально-культурного взаимодействия между странами внутри этих образований.

На наш взгляд, ТС, ЕвРАзЭс и ЕЭП были созданы для частичного решения ряда системных проблем, возникших после демонтажа СССР:

- отсутствие взаимодействия (согласованной политики) постсоветских стран на международных рынках;

- отсутствие скоординированной политики постсоветских стран в транспортно-транзитной сфере;

- снижение удельного веса взаимной торговли между странами постсоветского пространства;

- отсутствие единой для постсоветского пространства валюты (отказ от взаиморасчетов в рублях).

О существовании этих проблем в 2003 году заявил президент Казахстана Нурсултан Назарбаев, выступая на экономическом форуме ЕвРАЗЭС в Москве.

В статье «Казахстанское измерение», вышедшей в сборнике Фонда исторической перспективы «Евразийская интеграция сегодня» (Москва, Книжный Мир, 2012), директор Центра актуальных исследований «Альтернатива», д.п.н. Андрей Чеботарев пишет следующее: «Естественное развитие интеграционных процессов в рамках ЕврАзЭС привело к возобновлению попыток стран-участниц создать Таможенный союз. Принципиальное решение по этому вопросу было принято в 2006 году на сочинском неформальном саммите сообщества. Вместе с тем Договор о создании единой таможенной территории и формировании Таможенного союза 6 октября 2007 года в Душанбе на заседании Межгоссовета ЕврАзЭС подписали только Беларусь, Казахстан и Россия. <…> На основе указанного договора, в частности, были учреждены Межгосударственный совет на уровне президентов стран-участниц как высший орган и Комиссия Таможенного союза как единый постоянно действующий орган данного интеграционного объединения. <…> Официально Таможенный союз стал функционировать с 1 января 2010 года с введением единого таможенного тарифа. Затем с 1 июля того же года вступил в силу общий Таможенный кодекс. Ровно через год внутри ТС был отменен таможенный контроль на границах между странами-участницами. А 19 октября 2011 года к союзу официально присоединился Кыргызстан. При этом страны-участницы ТС решили на всем этом не останавливаться, а создать к 1 января 2012 года еще и Единое экономическое пространство (ЕЭП). . <…>9 декабря 2010 года президенты трех стран-участниц ТС подписали в Москве декларацию о формировании ЕЭП. При этом уже официально здесь зафиксировано их стремление «к созданию Евразийского экономического союза в целях обеспечения гармоничного, взаимодополняющего и взаимовыгодного сотрудничества с другими странами, международными экономическими объединениями и Европейским союзом».

В 2015 году Евразийский экономический союз, куда вошли Россия, Белоруссия, Казахстан, Киргизстан, Армения, получил официальный статус.

А за четыре года до этого в Москве 18 ноября 2011 года на встрече президентов России, Белоруссии и Казахстана была принята декларация о Евразийской экономической интеграции, а также подписан Договор о Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) и утвержден ее регламент.

Данные события привели к усилению позиций России на международной арене, соответствуя доминанте на формирование многополярного мира в противовес глобализации по-американски, которая подразумевает создание «глобального рынка», контролируемого мировым финансовым капиталом.

Очевидно, что в системе координат глобального рынка Россия с ее холодным климатом и огромными пространствами обречена на потерю суверенитета, вымирание русского и других ее народов и превращению в «территорию большой трубы».

Как пишут русские ученые д.э.н. А.И. Субетто и академик ПАНИ В.П. Суворов в своей монографии. «Стратегия России в XXI веке/ Под науч. ред. А.В.Воронцова. – СПб.: Астерион, 2014) «Энергозатраты в России на производство продукции в 100 долларов в 3-5 раз больше, чем в остальных странах мира и это предопределено особенностями холодного климата России и другими географическими факторами, ему сопутствующими. При переводе цен на энергоресурсы на внутреннем рынке на уровень мировых, а это требует подсоединение России к Всемирной Торговой организации (ВТО), затраты на энергию на 100 долларов продукции составят уже не 25 долларов, как было в средине 90-х годов, а 125 долларов. <… >

«Мировой рынок» есть инструмент империалистической глобализации. ВТО – один из инструментов управления структурами ресурсных и экономических процессов со стороны мировой финансовой капиталократии, реализации ее империалистической стратегии. Мировая финансовая капиталократия символизирует собой высшую форму отчуждения финансового капитала и финансового «капиталовластия» не только от труда, но даже и от физического (промышленного) капитала, с одновременно осуществленной монетарной революцией и «революцией транснациональных компаний (ТНК <…> для воспроизводства мирового капитала требуется 20% от существующей численности человечества, а остальные 80% – «лишние» и подлежат постепенной ликвидации, потому что те ресурсы, которые находятся на территориях их проживания нужны для расширенного воспроизводства мировой капиталократии, продолжения накопления капитала в руках немногих».

Аналогичную позицию занимает молодой русский ученый, к.б.н., doctor of Philosophy С.А. Строев, отмечающий в своей работе «Три составляющих русского вопроса» следующее: «Глядя на любую населённую территорию, в том числе и на Россию, мировой олигархат думает не о том, как оптимально использовать её ресурсы для удовлетворения потребностей её населения (или населения Земли в целом), а о том, как наиболее эффективно организовать производство с точки зрения максимизации извлекаемой прибыли. Население же оказывается не целью, а средством, от которого требуется сообразность цели. Отсюда возникает понятие «экономически оправданного населения» для данной территории. То есть такого количества населения, которое необходимо для обеспечения максимальной капиталистической прибыли с данной территории в рамках общемировой капиталистической системы. В самом деле, разве выгодно строить завод в Сибири и тратить деньги на его обогрев и обогрев жилищ его работников, когда точно такой же завод можно построить где-нибудь на юге? <…> Разве выгодно развивать сельское хозяйство в зоне рискованного земледелия, когда его можно перенести в Южную Америку, где на единицу рабочей силы количество продукта будет в разы больше? Не выгодно. <…> … по логике мировой олигархии (а на самом деле просто по логике капитализма, достигшего стадии глобализма) Россия должна стать Большой Трубой. <...> ...для экономически эффективного функционирования Большой Трубы, включая как непосредственно сырьедобывающую сферу и транспортировку, так и её инфраструктуру (врачи, учителя, строители, продавцы в магазинах, сфера услуг и т.д.) и аппарат управления и подавления (менеджеры, чиновники, полиция) совершенно не требуется 140 миллионов человек, то есть нынешнего населения России. Требуется порядка от 20 до 60 миллионов (http://kprf.ru/rus_soc/67206.html).

Итак, Россия и ее народ гарантированно теряют субъектность и исчезают в рамках глобализма мировой финансовой капиталократии и, наоборот, способны выжить, вновь став центром евразийского «жизненного пространства», логика развития которого требует преодоления русской демографической ямы, развития инфраструктуры и т.д. Как центр евразийского пространства Россия может и должна взаимодействовать с Китаем, Индией и Ираном на Юго-Востоке, а также Германией и Францией на Западе, замыкая на себе все евразийские потоки: информационные, финансовые, энергетические и транспортно-транзитные (логистические).

Таким образом, геостратегия русской Евразии заключается в конструировании единого пространства, состоящего из производственно-промышленных кооперационных связей, транспортно-транзитных потоков и обеспечения их системами защиты и безопасности.

Отметим, что систему континентальной безопасности не выстроить без добрососедских и даже союзнических отношений Москвы с Пекином и ее сотрудничества с Дели и Тегераном.

Другими словами, Россия, Китай, Индия и Иран являются связующим звеном «суверенитета Евразии», а Россия, как центр интеграции постсоветского пространства, – его ядром.

Дело в том, что у нашей страны есть целый ряд уникальных преимуществ:

- огромные русские пространства. соединяющие Запад с Востоком (маршрут «Китай-Центральная Азия-Россия-Европа»);

- сильный ВПК и модернизируемая армия, объединяющая вокруг себя армии стран-участниц ОДКБ;

- тесные союзнические отношения с Белоруссией.

В своей статье «От Союзного государства к Евразийскому союзу» эксперт Андрей Геращенко пишет: «Белоруссия традиционно была сборочным цехом Советского Союза, ей удалось сохранить собственное мощное машиностроение, несмотря на отсутствие месторождений металлов – МАЗ (Минский автомобильный завод – грузовики, автобусы), БелАЗ (Белорусский автомобильный завод – большегрузные карьерные самосвалы), МТЗ (Минский тракторный завод – тракторы), производство комбайнов, троллейбусов, трамваев, мотоциклов, велосипедов, телевизоров, холодильников, стиральных машин. Причем это все модернизированное советское наследие, а не созданные заново сборочные линии иностранных производств. При прежних ценах на энергоносители из России Белоруссия умудрялась за счет экспорта сводить концы с концами, однако повышение цены на голубое топливо и нефть поставили белорусскую экономику на край гибели (http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1334211540).

Отметим, что именно в рамках Союзного государства России и Белоруссии была выработана взаимовыгодная структура экспортно-импортных поставок. Вместе с Астаной Москва и Минск создали «правила игры», которые позволили заняться налаживанием систем льготного налогообложения.

Андрей Геращенко в той же статье отмечает: «Соглашения о ЕЭП были ратифицированы парламентами трех государств, а 18 ноября 2011 года Д.Медведев, А.Лукашенко и Н.Назарбаев подписали Декларацию о Евразийской экономической интеграции, Договор о Евразийской экономической комиссии и регламент ее работы. По сути это означало, что с 1 января 2012 года начинается полномасштабное строительство ЕЭП, основанное на принципах ВТО».

Геращенко приводил экспертные оценки, в соответствии с которыми несколько лет назад можно было смело прогнозировать: «Если договоренности о ЕЭП заработают в полной мере, то к 2030 году ежегодный прирост ВВП за счет механизма ЕЭП для Белоруссии может составить 14 млрд. долларов, для Казахстана – 13 млрд. долларов, для России – 75 млрд. долларов. Для Белоруссии это будет означать полное решение проблемы отсутствия энергоресурсов с возможностью не только ликвидировать свои долги, но и начать динамичное развитие своей экономики. Абсолютно нелишними будут добавочные средства и для экономик России и Казахстана, хотя для них это и не столь критично, как для Белоруссии. По словам директора Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития Е.Винокурова, к 2030 году совокупный эффект России, Казахстана и Белоруссии от создания ЕЭП может составить до 900 млрд. долларов, а в случае присоединения Украины - 1,1 триллион долларов. Такие же исследования были проведены специалистами Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, Института экономики и прогнозирования НАН Украины (совместно с Центром интеграционных исследований Евразийского банка развития). И вновь эксперты были единодушны в своих оценках: все стороны получат ощутимые выгоды, однако больше других - Белоруссия.

Сейчас основную часть экспорта Белоруссия направляет в страны Евросоюза, что, учитывая непростые отношения с ЕС и постоянную угрозу санкций, ставит под вопрос экономическую безопасность страны. В случае же с ЕЭП белорусский экспорт может быть переориентирован с ЕС в ЕЭП и достичь 35% ВВП Белоруссии. Инвестиционная привлекательность Минска с учетом наличия квалифицированной рабочей силы и сравнительно развитых производств значительно возрастет. Сама структура производства в Белоруссии останется приблизительно такой же, но возрастет доля металлургии (с 2,3% в 2010 году до 4,2% ВВП в 2030 году) и машиностроения (с 12,8% в 2010 году до 16,2% ВВП в 2030 году), а также сельского хозяйства (с 7,0% в 2010 году до 7,8% ВВП в 2030 году) и пищевой промышленности (с 7,9% в 2010 году до 8,2% ВВП в 2030 году). Таким образом, членство в ЕЭП позволит Белоруссии не только сохранить, но и усилить позиции своего машиностроения и сельскохозяйственного производства, которые на сегодня наряду с нефтепереработкой являются основой белорусской экономики».

Как мы знаем, в результате государственного переворота в Киеве Украина была захвачена агентами мирового транснационального капитала и вопреки своим же интересам сейчас разрывает крайне выгодные для нее связи с Россией.

Тем не менее, за счет больших территорий, развивающейся транспортно-транзитной сети, сильных предприятий ВПК, богатых запасов природных ресурсов Россия по прежнему является сердцем (heartland) Евразии, да и всего мира.

Сердцем, которое просто обязано привлекать к себе «кровь» инвестиций.

Недостаточное количество таковых следует объяснять не только и не столько санкциями, сколько преступной политикой финансово-экономического блока Правительства РФ, препятствующего развитию в РФ реального сектора производства, в целом, и высоких технологий, в частности.

А определённый подъем в области сельского хозяйства, о котором Владимир Путин говорил в своем послании Федеральному Собранию в декабре 2016 года, является, наоборот, следствием вынужденного для либералов импортозамещения, позволившего России экспортировать зерна на 14 миллиардов долларов.

Пространства России могут и должны дополняться пространствами Казахстана, который крайне выгодно расположен между РФ и КНР и выступает в роли транзитной артерии.

Важно отметить, что только в сотрудничестве друг с другом Россия, Белоруссия и Казахстан способны создавать действительно высокие технологии и сети инфраструктурных проектов, что для Москвы и Астаны означает избавления от «нефтегазовой зависимости».

В 2015 году Российский институт стратегических исследований (РИСИ) провел в Москве важную конференцию «Трансграничные транспортные коридоры «Восток-Запад». Выступавший на этой конференции с докладом «О некоторых актуальных проблемах развития международных транспортных коридоров и направления их решения» эксперт Михаил Брячак, в частности, отметил: «К сожалению, на сегодняшний день в правительстве Российской Федерации сложилась ситуация. Когда отдельные ведомства, выполняя свои функции, могут давать отчеты только по своей замкнутой локальной составляющей. А общегосударственного, общенационального подхода мы, к сожалению, пока не выработали. В советский период, я напоминаю, Министерство внешнеэкономических связей было единым государственным органом, определяющим государственную политику и в требованиях, и в правилах. И во всей системе взаимоотношений. Эта практика была полезной как для международных отношений, так и для экономики и бюджета страны».

Очевидно, что аналогичный государственный орган и, что более важно, аналогичная государственная политика должны быть и в сегодняшней России.

Недопустима ситуация, когда либералы из Правительства РФ буквально издеваются над Белоруссией вопреки национально-государственным интересам России.

Точно также недопустим либеральный подход к взаимоотношениям России со странами Центральной Азии. Необходимы долгосрочные вложения в создание новой сети железных и шоссейных дорог, соединяющих Среднюю Азию с европейской частью России и оптимальное использование транспортной инфраструктуры, доставшейся России в наследство от СССР.

Итак, сегодня у России есть уникальный шанс стать субъектом мировой и региональной политики, соединяя различные макрорегионы и аккумулируя их энергию, ре-интегрируя пространство Советского Союза и создавая высокие технологии, развивая реальное производство.

Для этого необходимо:

  1. Вернуться к внятной системе стратегического планирования;
  2. Начать мощные государственные инвестиции не в ценные бумаги США, в активы отечественного реального производства, инфраструктуру и производственную кооперацию с союзниками России.

В частности, нужно:

  1. Модернизировать «Транссиб» и Байкало-Амурскую магистраль;
  2. Построить грузообразующую Северо-Сибирскую железную дорогу (СевСиб);
  3. Построить железную дорогу «Белое море-Республика Коми-Урал»;
  4. Реконструировать железную дорогу «Хасан (Россия)-Раджэин (КНДР)» и построить железнодорожный переход на остров Сахалин;
  5. Построить железную дорогу «Кызыл-Курагино» и в дальнейшем продлить ее в Монголию и Китай;
  6. Модернизировать российские порты Владивосток, Находка, Восточный;
  7. Развивать Северный Морской Путь.

Конечно, это только часть необходимых действий, направленных на то, чтобы евразийское сердце России забилось, разнося живительную кровь по артериям Русского мира.

Максим Лагутин,

эксперт, кандидат военных наук

Алексей Богачев,

заместитель главного

редактора радиоканала «Радиогазета «Слово»

Последнее обновление ( 28.12.2016 г. )
 
« Пред.   След. »
Последние статьи
 
Экспорт новостей