27.06.2019 г.
Главная arrow Главная arrow А когда-то были первыми в космосе





А когда-то были первыми в космосе Печать E-mail
Автор Редактор   
15.04.2019 г.
О больших проблемах на Земле и в космосе говорили в студии «Красной Линии» ТВ накануне Дня космонавтики председатель Наблюдательного совета Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов, руководитель Института космической политики Иван Моисеев, доктор технических наук Андрей Назаренко и ведущий научный сотрудник Института космических исследований РАН Натан Эйсмонт.

krasnaja_linia_krupnov.jpg

Ю. КРУПНОВ. Нормально работающей космической отрасли в России сегодня фактически нет. По инерции что-то ещё делается. Производятся запуски, выпускается техника. Но этого недостаточно, чтобы уверенно смотреть вперёд. Система, сложившаяся в советское время, разрушена, а новой не создано. Огромное количество предприятий уничтожено, а те, что работают, например Центр имени Хруничева, разработчик ракет «Протон» и «Ангара», сталкиваются с огромными проблемами, увязли в долгах, которые возникли не по вине их сотрудников. Либералы в правительстве рассматривают космос как в принципе неперспективный проект, проблемы освоения космоса никто всерьёз не обсуждает. Считаю, что всё это — мировой позор. Ведь именно наши люди были родоначальниками освоения космоса. Первый искусственный спутник Земли, первый человек в космосе были советскими. А теперь всё это проиграно.

Н. ЭЙСМОНТ. Не соглашусь со столь категорической оценкой. Конечно, сегодня российская космическая отрасль находится не на пике славы. Есть очень серьёзные проблемы. Но говорить, что всё разрушено и не функционирует, что ничего хорошего нас не ждёт, совершенно неверно. Сейчас на Байконуре готовится к запуску ракета «Протон-М» с космической обсерваторией «Спектр-Рентген-Гамма». Старт назначен на 21 июня. Это чрезвычайно амбициозный проект. Обсерватория снабжена двумя рентгеновскими телескопами, один из них российский, другой — немецкий. Им предстоит работать на орбите, которая находится на линии Солнце — Земля, но позади Земли. Таким образом, космическим наблюдениям не будут мешать ни Земля, ни Луна. Выводимый на орбиту аппарат абсолютно уникален и будет оставаться таковым ещё лет десять. Это значительное достижение.

И. МОИСЕЕВ. Аппарат действительно интересный. Но лучше оценивать его после того, как он покажет себя в работе. А сейчас я хотел бы поговорить о тех долгах, которые накопились у ряда предприятий космической отрасли, в частности у Центра имени Хруничева. Лидер КПРФ Геннадий Андреевич Зюганов с группой членов думской фракции недавно побывал в Центре имени Хруничева. Он сказал, что простил бы Центру все долги. Отличное предложение. Я — «за». Только пройдёт два года, и у предприятия снова будут те же долги. И с ними снова придётся разбираться. Причём этот Центр — государственное предприятие — должен государственным же банкам. Получается, что государство должно самому себе, правый карман — левому. Поэтому долги космической отрасли — это вина государства, которое не может правильно организовать работу.

А. НАЗАРЕНКО. Вся проблема в том, что за последние 15 лет «Роскосмос» реорганизовывали пять раз, меняли структуру и начальство. И каждая реорганизация наносила ущерб. Министерство общего машиностроения, предшественник «Роскосмоса», не меняло свою структуру 35 лет и работало стабильно. Профессионализм, опыт, ответственность давали великолепные результаты. Сегодня не хватает элементарной грамотности. Если сравнивать руководителей космической отрасли в советское время и теперь — это небо и земля. И сравнение не в пользу последних. Вообще, происходящее сегодня в космической отрасли, особенно в сфере подготовки кадров, вызывает большую грусть. Зарплата низкая. Нет заинтересованности специалистов в работе. Старшее поколение ушло — и молодёжь некому учить. Система подготовки научных кадров имеет много недостатков. Общий уровень образования остаётся низким. Нет учебных пособий. Нет высококвалифицированных преподавателей. Качество оценки диссертационных работ сомнительное. Научные звания получают по должности и благодаря связям. Нет способов оценки и поощрения действительно хороших научных результатов.

Ю. КРУПНОВ. Даже то, что сегодня успешно делается в космической отрасли, во многом устарело. А руководство «Роскосмоса» не знает, что предпринять, хватается за всё, что попадается под руку. Несколько лет назад тогдашний глава космического ведомства Перминов двинул ракету «Русь». Железную чушку облепили топливными баками, специалисты говорили, что она не полетит. «Попилили» на этом два миллиарда рублей и через два года бросили. Потом другой руководитель «Роскосмоса» Поповкин предложил вернуться к ракете «Союз», рассудив, что созданная великим Королёвым ракета будет летать без осложнений. Но этой ракете уже 60 лет! В 2015—2016 годах США и Евросоюз начали переходить на новое поколение ракет-носителей и космических кораблей. За рубежом развивается частная космонавтика. В России над этими начинаниями смеялись. А теперь нам, как говорится, поздно пить боржоми. Новых перспективных проектов нет, непонятно, что делать с предприятиями, где 250 тысяч человек получают нищенскую зарплату, а ведь это элита наших инженеров и рабочего класса. А мы тем временем обсуждаем, какая ракета лучше — «Ангара» или «Протон». Это всё равно что обсуждать разные конструкции телег. Их время уже ушло.

Н. ЭЙСМОНТ. Если говорить о новых проектах, то полёты к Марсу, освоение Луны с технической точки зрения для нас достижимы. Другое дело, что это вещи затратные. И если браться за них, надо сначала подсчитать возможную отдачу. Напомню, что полёт на Марс — советский проект 1960-х годов. И это было мечтой всего человечества. Если мы по-прежнему верим в эту мечту, то разработка сверхтяжёлых ракет-носителей, которую организует сегодня «Роскосмос», ведётся не зря. Но имеет смысл рассмотреть и альтернативные варианты, которые предлагались ещё на заре советской космонавтики. Например, вместо использования сверхтяжёлого носителя собирать космический аппарат на орбите. А оттуда уже попробовать доставить человека на Марс и вернуть обратно.

Ю. КРУПНОВ. Теоретически, конечно, возможно. Но что делать на практике? Научно-производственный комплекс практически убит, и это основная проблема. Будут научно-производственный комплекс и кадры — мы решим любые задачи: и с дальним, и ближним космосом. Меня очень беспокоит то, что из отрасли уходят молодые толковые ребята. Их в Бауманке учили преподаватели, которым было по 70—80 лет, других учителей почти не осталось. Так вот, эти парни и девушки пришли в отрасль, разочаровались и ушли. Звучит как приговор. Вместо того чтобы выстраивать нашу космическую команду из таких ребят, всё это убили.

В стране огромное количество денег. Колоссальный профицит федерального бюджета. Деньги девать некуда. Но говорят: «Денег нет!» И зарплата молодого специалиста после Бауманки — 20—25 тысяч рублей в Москве. Если у кого-то 35 тысяч, то об этом рассказывают с гордостью. Даже уборщица в «распильном» «Роснано» получает больше!

60 лет реализации уникальных космических программ подарили России колоссальный ресурс. На нём можно было бы выстроить великую державу. Но наши руководители ничего не могут. Они даже золото превращают в экскременты.

И. МОИСЕЕВ. И положение всё время ухудшается. Напомню, что в середине 1990-х годов Россия обслуживала почти половину мирового рынка коммерческих космических запусков. Плюс продолжала строительство Международной космической станции. Но появление SpaceX Илона Маска с ракетами многоразового использования и грузовым кораблём Dragon, а также изменение международной обстановки привели к тому, что эта весьма прибыльная деятельность почти сошла к нулю. Сегодня даже Индия и Китай быстро наращивают свои технические возможности, обгоняя Россию. А мы остановились в 1970-х годах и дальше не двинулись. Поэтому теперь нам нужно заниматься именно основой, производственной базой. Руководитель «Роскосмоса» Рогозин не так давно заявил, что в США производительность труда в 10 раз выше, чем в России. То есть там, где у нас работают 10 человек, достаточно одного американца. А специалисты из минэкономразвития подсчитали, что разница в производительности достигает 30 раз! Почему так происходит? Мы что, не умеем работать? Конечно же, умеем! Но система организации труда никуда не годится. Поэтому нужно волевое политическое решение. Либо государству космос нужен, тогда надо думать, что делать, разрабатывать стратегию. Либо космос не нужен — и тогда не надо никому морочить голову.

Н. ЭЙСМОНТ. Стратегии в космической отрасли действительно не существует. Об этом можно судить хотя бы по метаниям «Роскосмоса» с выбором ракеты-носителя. Сейчас разрабатывается ракета среднего класса, которую называют «Иртыш» или «Союз-5». Её характеристики близки к характеристикам ракеты «Протон», то есть полезные нагрузки достаточно велики. При этом предполагается, что «Иртыш» будет использоваться в основном в коммерческих проектах. Но посмотрим, что происходит в Европейском космическом агентстве. Там, вместо того чтобы увеличивать полезную нагрузку таких носителей, уменьшают её. Пример — «Ариан-6». Его очень быстро делают, наверное, скоро будут испытания. У этой ракеты полезная нагрузка примерно в два раза меньше, чем у «Ариана-5». Почему? Потому что разработчики ориентируются на заказчика, которому нужны более дешёвые варианты. Разве у нас этого не знают? Тогда почему делают с точностью до наоборот?

Ю. КРУПНОВ. Объяснить это можно довольно просто. Чем меньше ракета, тем меньше на неё выделят денег и тем меньше можно будет «распилить». Поэтому лучше делать не сверхтяжёлую ракету, а гиперсверхтяжёлую. Триллиона на 4 рублей. Тогда это будет считаться серьёзным проектом.

А. НАЗАРЕНКО. Главная проблема в таких случаях — это объективная оценка результатов работы учёных, проектантов, создающих новые конструкции, новые технологии, готовящих новые решения. У начальства свои интересы, оно озабочено тем, что будет иметь от той или иной разработки. И проконтролировать его очень трудно. Где сейчас проводятся открытые обсуждения новых предложений? В советские годы проходило большое количество семинаров, где собирались специалисты и вырабатывали объективные оценки новым предложениям. Сейчас таких совещаний руководители избегают, потому что им это невыгодно. Отсюда напрасное расходование денег на малоэффективные космические проекты и игнорирование действительно перспективных предложений.

И. МОИСЕЕВ. Подводя итог нашего разговора, подчеркну: задача номер один — понять, что ситуация очень тяжёлая и необходимы радикальные меры по её исправлению. Этого пока не сделано. Надо возрождать научно-производственную базу, модернизировать промышленность. Это главное. Тогда Россия получит шанс снова стать великой космической державой.

Источник«Правда»   Подробнее см. телепрограмму "Красной линии! ТВ

 

  См. также:

12 апреля сегодня - это праздник со слезами на глазах…

К. Н. Руднев - организатор и руководитель гагаринского полёта

Роскосмос: минус «Ангара», минус спутники, минус премии

 

Последнее обновление ( 15.04.2019 г. )
 
« Пред.   След. »
Последние статьи
 
Экспорт новостей