27.06.2019 г.
Главная arrow Общество arrow А.В.Иванов. Осенние тезисы



А.В.Иванов. Осенние тезисы Печать E-mail
Автор Редакция   
23.10.2007 г.
Осень 2007 года – повод для подведения итогов прошедшего семилетия. Несмотря на официальные рапорты, нельзя сказать, чтобы они выглядели утешительно, если, конечно, смотреть не на какие-то отдельные успехи и ободряющие цифры, а на общие тенденции и перспективы.


Я буду предельно краток и лаконичен, экономя время читателя.

  1. Налицо деисторизация России. К большому сожалению, приходится признать, что мы сейчас имеем сочетание не лучших, а худших черт как капитализма («дикий» рынок, всевластие крупного капитала, проблемы коррупции, навязываемая ориентация исключительно на личную выгоду и материальные блага в ущерб общему благу и духовно-культурным ценностям и пр.), так и социализма (монополия правящей верхушки на власть, засилье бюрократии, сырьевая ориентация экономики, практическое отсутствие действительной гласности). Этот странный симбиоз, до поры до времени нейтрализуемый ПИАРом, в будущем чреват большими потрясениями. Но самое печальное, что страна, игнорируя собственный опыт и снова безуспешно пытаясь «догнать Запад» (а точнее – «стать Западом»), рискует оказаться в окончательных аутсайдерах вместо стратегического духовно-экологического прорыва, для которого у нее к концу 80-х годов были все объективные  предпосылки.
  2. Продолжается процесс деиндустриализации страны, особенно таких базовых отраслей, как приборостроение, машиностроение, легкая промышленность. В полном упадке и сельское хозяйство. Оно требует радикального технического перевооружения и дотаций (как делается в тех же самых западных странах, на которые мы, казалось бы, ориентируемся!) но именно здесь практически не делается ничего. Глубокое отставание, по оценкам всех специалистов, наблюдается в самых важных отраслях научно-технического прогресса – в развитии нетрадиционной энергетики, энерго- и ресурсосбережении, а также в области экологизации производства.  Зато продолжается масштабный вывоз за рубеж природного сырья под странным лозунгом «обеспечения мировой энергетической безопасности». Вскоре, по-видимому, следует ждать логического развития темы – «необходимости обеспечения мировой сырьевой безопасности».
  3. Идет деградация государственных структур. Народная собственность (прежде всего природные богатства) приватизированы крупным капиталом, а государство приватизировано чиновничеством. При этом власть всячески поощряет крупный бизнес, а крупный бизнес, соответственно, поддерживает лояльную к нему власть, и при этом оба главенствующих субъекта нынешней российской политики лишь на словах учитывают реальные интересы и государственного служащего, и мелкого  бизнеса, а уж тем более крестьянина и наемного рабочего (достаточно внимательно познакомиться и вникнуть в суть реформ и законов последних лет). Но в самом плохом положении окажется следующее поколение россиян, ибо их лишают и причитающейся им доли природных ресурсов, и  ресурса доверия к российскому государству.
  4. Налицо десоциализация общества, где разрыв в доходах, социальных возможностях и доступности благ у разных групп общества достиг огромных размеров (тридцатикратного разрыва по некоторым социологическим данным). Нарастает дробление и десоциализация общества и по этническим признакам, где представители одной и той же диаспоры общаются преимущественно друг с другом, уже не очень нуждаясь в русском языке как языке межнационального общения. Свободная продажа жилья в городах многократно усиливает это буквальное и стремительное «разбегание людей по национальным квартирам». Под Москвой есть уже целые армянские, грузинские, таджикские и пр. городки и поселки.   
  5. Поскольку нынешняя власть не заинтересована в активном участии народа в управлении страной, неуклонно нарастает деполитизация России. Если отменен порог явки избирателей, ликвидированы партийные блоки и графа «против всех», если человек лишен возможности голосовать за конкретных людей, которым он доверяет, то его участие в решении судеб страны становится фикцией. Символом этой ситуации стало словосочетание «суверенная демократия», столь же бессмысленное, как и «демократический суверенитет».   
  6. Деэкологизация законодательства и реальной хозяйственной практики – тоже очевидный факт. Россия одна из немногих стран, где нет независимого природоохранного ведомства, а оно включено в министерство природных ресурсов. Отменена государственная экологическая экспертиза крупных хозяйственных проектов, приняты Лесной и Водный кодексы, Закон о недрах,  фактически санкционирующие бесконтрольную приватизацию природы.  Крупные нефтяные и газовые компании уже откровенно не считаются с природными и культурными святынями России. Протесты местного населения против разрушительных проектов –  типа прокладки нефтепровода по берегу Байкала или газопровода по уникальному плато Укок на Алтае – воспринимаются монополиями все более агрессивно и нетерпимо.

     Если же удвоить валовый национальный продукт, к чему нас упорно призывают верхи, то при нынешнем низком уровне технической оснащенности и экобезопасности отечественного производства многие регионы России  ожидает экологическая катастрофа.  Нынешние публичные гонения на экологию и экологов – это лакмусова бумажка страусиной политики; нежелания видеть нарастающие грозные опасности. У нас 60% раковых заболеваний – следствие плохой экологической ситуации. Большинство людей, поставив себя перед дилеммой: быть миллионером и купаться в роскоши, но при этом жить до сорока лет и иметь детей с хроническими болезнями; или иметь средний достаток, но со здоровыми детьми, здоровой природной средой  и творческим долголетием, - естественно, изберет второе. Но это обеспечивается только последовательной экологической политикой, которой у нас в стране нет. Опять же, характерно, что на Западе она есть, но именно в этой сфере мы почему-то игнорируем крайне важный опыт наших «учителей». 

          7. Налицо денационализация и дегуманитаризация высшего образования, связанная с нашим вступлением в так называемый Болонский процесс, где мы обречены механически  встраиваться в европейскую образовательную систему на правах бедной родственницы. При этом лишь немногие российские студенты по чисто финансовым причинам смогут поменять российский вуз на европейский. Да и к нам вряд ли многие поедут учиться из-за рубежа, ибо, во-первых, не в обычае европейцев делить с кем-то  рынок, а, во-вторых, едут учиться обыкновенно туда, где система образования фундаментальна, своеобразна и дешева, чего у нас, разрушающих свои великие образовательные традиции, скорее всего, не будет. Большинство российских вузов, особенно на периферии,  превратятся в ПТУ, готовящие бакалавров, а платная магистратура останется лишь в крупных центрах, преимущественно в европейской части России. Все это сопровождается обвальным сокращением в Госстандартах третьего поколения гуманитарной составляющей образования, особенно таких ключевых предметов, как  русский язык и литература. Впрочем, оно и понятно, если постулируется тезис о том, что образование – не абсолютная ценность, не становой хребет общества и государства, а всего-навсего … относительная рыночная услуга.

     8. Идет дефундаментализация и дегуманизация науки, параллельно с дефундаментализацией и коммерциализацией высшего образования. Фундаментальная наука и рынок попросту не совместимы хотя бы потому, что никто никогда из бизнесменов добровольно в академическую науку деньги вкладывать не будет. Это должно делать государство, причем опять-таки в первую очередь должны финансироваться не модные и весьма сомнительные научные направления типа нанотехнологий или генной инженерии (типичные разновидности научной магии), а фундаментальные направления в математике, физике, химии и биологии, а также исследования, связанные с возможностями самого человека. Не с механическим перетасовыванием вещества и генома следует связывать надежды на прогресс человечества, а с нравственным и духовным преображением личности через культуру и образование.   

     9. Уровень массовой культуры в стране, насаждаемой СМИ (прежде всего телевидением), настолько низок, что критика СМИ стала почти общим местом, и, тем не менее, в этом направлении практически ничего не предпринимается. На всех каналах, даже на лучших из них (типа «Культура»), совсем нет интересных передач по экологии, по русской классической литературе, искусству и философии. Качественную и свободную политическую и социальную аналитику можно найти разве что в Интернет; нет серьезных исследований жизни рядовых граждан, особенно в провинции. Зато пышным цветом распускаются всевозможные «субкультуры», особенно среди молодежи, в том числе неявно получила права гражданства «криминальная культура». Результат не замедлил себя ждать – по данным последних исследований, в России 60% всех преступлений совершено подростками.

     Словом, налицо прямой путь России в цивилизационный тупик, хотя пока, повторюсь, у ней есть еще возможности избрать спасительный путь перехода к новой – духовно-экологической или ноосферной1  - цивилизации, контуры которой достаточно хорошо сегодня просматриваются, но это уже – тема отдельного серьезного разговора. 
 
 

 Иванов А.В., д.ф.н., зав. кафедрой философии АГАУ

 

 

Последнее обновление ( 24.10.2007 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей