13.11.2018 г.
Главная arrow Общество arrow Конфликтологический анализ места и роли России в процессе современной глобализации. Ч.II



Конфликтологический анализ места и роли России в процессе современной глобализации. Ч.II Печать E-mail
Автор Редсовет   
07.02.2009 г.

 См. также начало данной статьи  - Часть I 

Ч.2. Внутренние проблемы и перспективы России в связи с нынешними процессами глобализации

 

2.1.Общая оценка. Полтора десятилетия радикальных социально-политических трансформаций, начатых в российском обществе и загнавших его, как всем сейчас ясно, в тяжелейший системный кризис, побуждает обратиться к критической оценке истоков и мотивов предпринятых преобразований, попытаться выявить оказавшиеся несостоятельными представления и предложить новые ориентиры для социально значимой деятельности активных общественных сил, позволяющие исправить к лучшему сложившееся положение вещей.

Все хорошо помнят то стремление «разрушить до основания» фундаментальные принципы организации прежнего «тоталитарного» общества, которые составили основной мотив предложенных радикал-либералами реформ и, получив достаточно массовую поддержку, обеспечили им легитимацию. Такими принципами, требующими решительного преодоления в организации жизни российского общества, были объявлены: во внутренних отношениях - «командно-административная система», а во внешних - «железный занавес», который отгораживает Россию от «мирового сообщества», противопоставляет ему и тем самым не даёт «нормально» с ним взаимодействовать. При этом обе разрушительные задачи представлялись взаимосвязанными и взаимообусловленными: преодоление тотального государственного контроля над всеми сторонами жизнедеятельности российского общества, как утверждалось, сделает его более привлекательным для мирового сообщества, а преодоление внешней изоляции и враждебности - более доступным для благотворного воздействия современных развитых демократий и для их помощи в прогрессивных внутренних преобразованиях.

Основными принципами организации общественной жизни, выдвинутыми в качестве альтернативы прежним, преодолеваемым, и отождествлёнными с её демократизацией, были провозглашены во внутреннем плане «разгосударствление», «дерегулирование» всех сфер жизни общества, прежде всего его экономики, а во внешнем - его «открытость» международным связям и воздействиям.

Негативные последствия «разгосударствления» и «дерегулирования» здесь нет нужды особо доказывать. Достаточно признания одного из видных представителей либерального направления, директора Фонда «Центр политического анализа и консалтинга» А.Фёдорова: в морально-психологическом смысле мы очень много потеряли за время этих преобразований. Прежде всего, не удалось убедить большинство людей в целесообразности и эффективности либеральных преобразований и в том, что предыдущий, советский образ их жизни был неудовлетворительным. Поэтому сейчас усиливается ностальгия по «застою», и провести «морально-психологическую модернизацию» в масштабах всей страны просто невозможно.

Но и последствия безудержной открытости «мировому сообществу» всё больше обнаруживают свою огромную деструктивную роль и всё больше осознаются самими приверженцами либерализма, рождая в их лагере всё более отчётливое размежевание и даже раскол, определяющий их всё более отчётливую внутреннюю конфронтацию, составляющую, как можно с уверенностью утверждать, основное содержание политических конфликтов в современной России.

Глубинным основанием для раскола выступает плачевный опыт «открытого стремления к интеграции в современный цивилизованный мир», который заставляет переосмыслить возможности осуществления этой задачи в условиях идеологии и практики современной глобализации.

Как процесс втягивания всех освоенных человечеством регионов и всех основных сфер его общественной жизни во всемирное взаимодействие, глобализация ещё совсем недавно, всего несколько лет назад, вызывала, по существу, лишь восторженные отклики в либеральной публицистике, дискуссиях в средствах массовой информации, оценках либеральных общественных деятелей и политиков. Особой похвалы удостаивалось влияние этого процесса на развитие экономики, мирового рынка, движение товаров и финансов и на развитие «высоких технологий», прежде всего - связанных с всесторонней информатизацией интеллектуальной жизни, развёртыванием сети Интернет, компьютеризацией системы управления. Именно в развёртывании глобализации по этим и другим направлениям общественных отношений и деятельности подавляющее большинство приверженцев либерализма усматривало путь и способ преодоления «застоя и деспотизма», импульс к дальнейшему ускорению и углублению развития всей мировой цивилизации как в целом, так и в отдельных её составных частях и регионах, в том числе, как надеялись, - и в России.

Однако, по мере всё более внимательного осмысления и оценки результатов влияния современной глобализации, её содержания и форм на российскую действительность, эти восторги в устах многих приверженцев либеральных ценностей становились всё более умеренными, а на их место заступали нарастающая тревожность и даже определённая растерянность, часто сопровождаемая выражением протеста. Они-то и определили расхождение и даже противоположность оценки ими всех основных событий и проблем в современном российском политическом пространстве, по сравнению с теми, кто остался беззаветно и безусловно верен прозападническим ориентациям.

В общецивилизационном плане претензии новых либеральных критиков к вдохновителям и идеологам современного глобализма состоят в том, что те подвергли всю мировую историю «инверсионной идеологизации», основная цель которой - представить торжествующий Запад как «магистральный путь» для всего мира. В соответствии с этим в формулу «глобальной модернизации», трактуемой как тотальный разрыв с «архаикой» и «пережитками прошлого», прямо заложено разрушение «других» культур.

В собственно же политической сфере претензии новых либеральных критиков к идеологам и проводникам современного глобализма идут, прежде всего, по линии недопустимости пренебрежения и принижения ими роли государства как политического субъекта, выражающего основные интересы общества и организующего их надлежащую реализацию. Наиболее отчётливо и адекватно они выражены, пожалуй, в позиции известного нашего политолога и политкомментатора А.Миграняна. Согласно ей, существуют два типа либеральных «проектов» интеграции России в Европу и мир: патриотичный либерально-государственный проект, и проект, не предусматривающий сохранения России как государства, т.е., по существу, - антигосударственный. Вокруг этого идёт борьба. «Противостояние по конкретным проблемам, таким, как реформа федеральной власти, НТВ, свобода СМИ, отношения с США, Западом, Ираном, Китаем и т.п., является производным от вышеуказанного противостояния по вопросу о том, как России включиться в мир». Именно различие подходов к субъектности государства раскалывает либеральных политиков, бизнесменов, публицистов, интеллектуалов на два лагеря. При этом те, кто защищает идею подобного «безсубъектного» включения России в мир, «уже определённым образом включены в глобальное целое и знают там своё место. В частности, как хозяева сырья и других ресурсов, они уже являются продолжением существующих мировых структур, центры которых находятся за пределами России. Для них понятия «государство», «страна», «народ» просто не существуют. Но в этом тоже есть своя логика. Она заключается в уничтожении России как субъекта, как государства, превращение её просто в территорию, а народа - в ресурс. Конфликт между этими двумя лагерями неизбежен»[1].

Именно этот конфликт, как представляется, следует прежде всего принимать во внимание при анализе всех основных политических событий в самой России последнего периода. Таких, скажем, как коллизия вокруг НТВ или объединение, прежде всего, будто бы непримиримых «Единства» и «Отечества» в один политический блок. Так, ситуация с изъятием «четвёртой кнопки» из рук В.Гусинского и работавшей с ним команды журналистов во главе с Е.Киселёвым, - если отвлечься как от мифического в наших условиях обвинения в «уничтожении свободы слова», так и от использованного для этого изъятия механизма смены собственника, - может быть понята как нейтрализация проводимой ими жёсткой линии на всестороннюю дискредитацию российской государственной власти (начиная с политики «возврата величия России» Президента В.Путина и кончая хозяйственной деятельностью региональных руководителей), полностью укладывающейся в охарактеризованную выше идеологию современного глобализма.

Точно так же преодоление конфликта между «Единством» и «Отечеством» может быть осмыслено как результат осознания их участниками принципиальной важности повышения роли российского государства как в противостоянии глобалистской внешнеполитической экспансии США и следующих в их фарватере других западных стран, так и в урегулировании острых внутренних проблем, прежде всего связанных с проводимой неэффективной и разорительной экономической политикой. Не случайно наблюдатели констатируют в последнее время появление политически влиятельных либералов, которые по-прежнему выступают за либерализацию экономики, но уже не ценой ослабления государства посредством усиления «дерегулирования», а так, чтобы присутствие государства в экономике было совместимо со свободным рынком и обеспечивало его социально полезное развитие.

Этот возврат к позитивной оценке роли государства, как выразителя и проводника основных общественных интересов вместо его негативной оценки как помехи для них, - следует рассматривать как положительный и перспективный сдвиг в современной российской политике в целом, содействующий усилению влияния России как в региональном, так и в глобальном масштабе.

Однако, чтобы этот сдвиг получил реальное воплощение, он должен быть подкреплён соответствующими политическими решениями и развёрнут в надлежащие политические действия, эти решения реализующие. В первую очередь это относится, разумеется, к политическим решениям и действиям властвующей элиты, оформляющей и контролирующей государственную политику в основных сферах жизни российского общества.

Особого внимания в этом плане требует, как представляется, государственная и региональная политика в сфере духовной жизни и культуры, которая призвана оформить и обосновать содержание предлагаемой российскому обществу «общенациональной идеи» и предложить те общие ориентиры, придерживаясь которых это общество, составляющие его активные индивиды, их разнообразные группы и общности смогут её практически реализовать. Первостепенная значимость разработки такой политики вытекает как раз из того рассмотренного выше понимания и учёта общецивилизационного смысла современной глобализации, согласно которому она выступает ныне как средство односторонней экспансии, как фактор «постгосударственного», «постэкономического», «постклассического» проникновения современной западной цивилизации, прежде всего американской, в «остальной мир». В соответствии с этим, ее «удар» направлен сегодня в первую очередь против тех культурных традиций и стереотипов, существование которых оказывается несовместимым с содержанием повсеместного «продавливания» Западом «новой культуры» как, якобы, более прогрессивной, эффективной, перспективной.

При таком подходе реальный удел социокультурной структуры, сложившейся в иных цивилизациях, в России и её регионах в том числе, - тотальная деградация всего: сферы обитания, отношений, условий бытия, физического состояния и умственного развития. Так, по оценке одного из наиболее известных отечественных социологов и философов культуры Б.С.Ерасова, под воздействием современной агрессивной глобализации, проводимой Западом под лозунгом тотального человеческого прогресса, «в собственно цивилизационном плане отмене или изъятию подлежит вся культура и история с накопленным ими опытом, сложившимися структурами общения, жизненными устремлениями, представлениями о мире и о себе. Насильственная смена ценностей, норм и смыслов часто ведёт к ниспровержению прежней символики, на которой в значительной степени держалось общество. Разрушение «других» культур прямо заложено в формулу «модернизации» как тотального разрыва с «архаикой» и «пережитками прошлого»[2]. Ибо, по убеждению проводников и последователей этого процесса, будущее за теми, кто действует совместно с «передовым миром» и от его имени, не считаясь со всем, что образовалось под влиянием прошлого исторического опыта.

Реакцией на столь агрессивное воздействие современной глобализации и её проводников на социокультурную сферу жизни различных этносов и регионов по всему миру, вполне естественно, выступает не только растущая тревога, но и нередко реальное сопротивление. В ряде цивилизаций (исламской, индийской, китайской), как констатируют аналитики, возникла сильная тенденция к отстаиванию своей самобытности, опирающаяся на культурное достояние в его символической, ценностной и институциальной формах. В этом достоянии данные цивилизации и обретают важный источник своего культурного, а вслед за ним - и всякого другого самоопределения в нынешнем мире, противостояния современному глобализму, разрушительному и деструктивному для них.

Однако так происходит далеко не везде. Как отмечает тот же Б.С.Ерасов в упомянутой выше работе, «распространение универсальной цивилизации с её «эффективной экономикой и финансами» приводит в других частях глобальной структуры к явлениям, определяемым как «неоархаизация», «деиндустриализация», «деградация», «негативное развитие», «мировое подполье», «антиистория» и «антицивилизация».

Тем самым весь мир современной человеческой цивилизации разбивается как бы на три части:

- ту, которая навязывает всем остальным под видом «глобализации» свою культуру и свои ценности, как, якобы, наиболее прогрессивные и перспективные для всего человечества вообще;

- ту, которая эффективно сопротивляется этому навязыванию и стремится сохранить свою самобытность;

- и, наконец, ту, которая не в состоянии противостоять этому внешнему давлению, пасует перед ним и тем самым подвергается опасности разложения, деформации, деградации и, в конечном счёте, - уничтожения.

Вряд ли стоит специально доказывать, что такого рода опасность в достаточно большой степени угрожает России - как в целом всему российскому обществу, так и его отдельным сферам и регионам. Все мы, его граждане, на какой бы части занимаемой ею огромной территории мы ни жили и какими бы специфическими отличиями эта наша «малая Родина» ни обладала, на собственном опыте убеждаемся, как в условиях сегодняшнего «посткоммунистического» периода, одной из основных целей которого наша властвующая радикал-либеральная элита провозгласила «цивилизованное вхождение в мировое сообщество», тотальную «перестройку» взаимоотношений с «цивилизованным западным миром», рушатся все основания и принципы прежнего жизнеустройства и открываются горизонты безудержной и безбрежной «свободы» от всех привычных норм и ценностей.

Ближайшее негативное следствие этого процесса - рост аномии, маргинализация и криминализация российского общества, которые оказываются, таким образом, оборотной стороной современной глобализации. Однако это ни в коей мере не волнует и не останавливает её апологетов, не только западных, - что, в общем, естественно, - но и наших отечественных. В отношении западных поборников аналитики доступно поясняют, почему: хотя публично криминал осуждается общественностью Запада и даже в чём-то подавляется его специальными институтами и службами, в реальности терпимость к нему и даже его апология достаточно органично «встроены» в систему западной культуры, в её исторические традиции. И это способствует широкому распространению аморализма и преступности по всему миру при активном содействии, к тому же, средств массовой культуры и информации, многократно тиражирующих через свои структуры смакование сцен и способов осуществления насилия и жестокости во взаимоотношениях людей, их различных групп и общностей. Но можно ли оправдать этим поддержку такого хода «развития» нашей отечественной духовной сферы, которую настойчиво продолжают сегодняшние российские радикальные либералы?

В российском полиэтническом обществе эта негативная для всей его духовной жизни тенденция, обусловленная чрезмерной открытостью и непротивлением современному глобализму, приобретает особую опасность для эскалации напряжённости и ожесточённости в межэтнических взаимоотношениях. Ибо свойственные доминирующей глобалистской идеологии стремление сокрушить все прежние принципы и традиции общежития различных этносов, накопленные прежними поколениями, в интересах, якобы, выстраивания «новой системы глобальной регуляции», усугубляется в российской действительности поддержкой западными институтами движений этнических меньшинств в ущерб более крупным геокультурным единицам национального, конфессионального или цивилизованного плана. По справедливому утверждению Б.С.Ерасова, «поддержка таких движений приводит не только к ослаблению крупных государственных образований, но и к многоликому «этническому возрождению», возвращающему мир в «доосевое время». Нормы и обычаи возрождающейся архаики нередко выступают как обоснование враждебного поведения по отношению к представителям других народов. «Чужие» - не люди, и к ним допустимы любые проявления неприязни и жестокости»[3].

Однако парадоксальным образом, - неожиданно для глобалистов и их идеологов, и, тем не менее, вполне естественно по своим логическим последствиям, - это утверждение оказывается сегодня верным не только по отношению к России и другим полиэтническим государствам в мире, но и по отношению к самим инициирующим современный глобализм странам «благополучного и процветающего» Запада вообще, США, - в частности. Как нельзя более уместной тут оказываются и известная народная мудрость «как аукнется, так и откликнется», и более современное её выражение: «за что боролись, на то и напоролись». Это отчётливо продемонстрировала мощная террористическая операция исламских экстремистов-антиглобалистов 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне, обернувшаяся колоссальными материальными потерями - разрушением Всемирного торгового Центра, гибелью под его обломками многих тысяч рядовых американцев, большого числа иностранных граждан и шоком для всего западного «цивилизованного» общества, да и всего остального мира в целом.

Среди многочисленных комментариев относительно объяснения коренных причин и мотивов этого масштабного события, радикально меняющего расстановку сил в мировой политике и их ориентации, нельзя не согласиться с мнением известного политолога А.Ципко: «Истоки нынешнего мусульманского терроризма лежат не в психологии его носителей, а, прежде всего, в нетерпимости и амбициозности устроителей «нового мирового порядка»... Если вы изо дня в день говорите людям, что они - неполноценные только потому, что они хотят жить и любить по-своему, если вы наказываете их бомбами за верность своим традициям, то тогда они в конце концов перестанут вас принимать за людей и ценить ваши жизни». И потому в интересах противодействия терроризму, вышедшему ныне, как показали упомянутые события, на глобальный уровень и показавшему свои огромные разрушительные возможности в общепланетарном масштабе, необходимо «прежде всего отказаться от того, что плодит наиболее опасные и фанатичные формы терроризма, - от претензий современной либеральной цивилизации переделать всё человечество и выстроить всех по своему либеральному ранжиру»[4].

К этим соображениям, как представляется, стоит прислушаться творцам и проводникам внешней и внутренней политики нашего государства вообще, его политики в сфере российской духовной культуры и реализации «общенациональной идеи», - в особенности. Важность их учёта определяется ещё и тем, что они в большей мере перекликаются с критикой современной западной цивилизации многими выдающимися интеллектуалами в самих «передовых», «демократически развитых» странах Запада, глубоко размышлявшими над значением и содержанием тех новых функций и задач в процессе назревших преобразований в жизни и деятельности современного человечества, которые призваны обеспечить преодоление её собственного внутреннего кризиса. По их общему заключению, предстоит прежде всего изменить фундаментальные ценностно-смысловые ориентиры, мотивирующие действия как отдельных представителей человеческого рода, так и больших человеческих общностей и общественных систем[5].

На эту необходимость указывают многие современные западные мыслители, критикуя в своих широко известных концепциях, обосновывающих «закат Европы» (О.Шпенглер), тупиковость односторонне понятого технического прогресса, порождающего «одномерного человека» (Г.Маркузе), ведущего к «смерти культуры» ((М.Хайдеггер), крушению человека (А.Камю), дегуманизации общества и его духовной жизни (Х.Ортега-и-Гассет, К.Ясперс), гибели природы и деформации личностных качеств людей (Э.Фромм)[6] такие устойчивые, глубинные установки и ментальные структуры так называемых современных капиталистических обществ, как:

- экономический экспансионизм и эгоизм;

- тотальное потребительское отношение к природе, человеку и культуре;

- «тоталитаризм рынка», «диктат потребления», стремление превратить все социальные блага в рыночные;

- преобладание индивидуалистического этоса;

- крайний релятивизм;

- беспредельный потребительский гедонизм, полное исчезновение и единодушное презрение к аскетическим формам и идеалам, в определённой мере совершенно необходимым для подлинной свободы и творчества личности;

- представление плеонаксии, то есть желания иметь все больше и больше, как преимущества, способного стимулировать дальнейший экономический рост;

- господство технократического мышления и устранение «вертикального», трансцендентально-нравственного, идеально-духовного измерения прогресса.

Как справедливо подчёркивает В.Л.Кошелева, в противовес тем западным апологетам капитализма либерально-экономического толка, которые усматривают в этих качествах и в определяемых ими западном индивидуализме, безудержном активизме, прагматизме, утилитаризме и техницизме те безусловные ценностные ориентации западного менталитета, которые способствовали становлению и эффективному экономическому развитию современной технической цивилизации капиталистически-предпринимательского типа, эти выдающиеся представители современного западного культуркритицизма, «напротив, убедительно показали, что названные качества западного менталитета не могут рассматриваться в качестве общезначимых культурных мотиваций для всего человечества, поскольку именно они ведут к обесценению духовных и этических начал человеческого существования, к смыслоутрате и абсурдности бытия, к обеднению гуманитарной культуры, к дегуманизации искусства, образа жизни и самого человека»[7].

Признавая необходимость кардинального изменения западной системы ценностей, идеалов и мотиваций и видя свою главную миссию в глубинном смыслополагании и смыслообосновании, подготавливающем почву для «психодуховного обновления» (Э.Фромм), для возникновения новых социально-антропологических, духовно-психологических и социокультурных структур, эти мыслители призвали преодолеть потребительский индивидуализм, разрушительный прагматизм и эгоизм, алчность и своекорыстие, способные превратить «общество изобилия» в экологическую пустыню, и в противовес им утвердить идеалы человеческой солидарности, единения, братства, возродить трансцендентально-нравственное измерение бытия, сверхпрагматические, метафизически-духовные критерии прогресса, вернуть аскетические идеалы, поощряющие физически и духовно здоровые формы жизнедеятельности и противостояние ложному социальному престижу, неразумным и нелепым потребностям, восстановить богатство высших чувств и эстетических переживаний.

Историческую необходимость радикальной смены исходной общецивилизационной парадигмы и вытекающих из неё ценностно-смысловых ориентиров зафиксировала - на уровне задач мирового сообщества в преддверии XXI века - и Конференция ООН по окружающей среде и развитию, состоявшаяся в 1992 году в Рио-де-Жанейро. Главный вывод Конференции состоит в признании того существеннейшего обстоятельства, что для большинства стран мира путь, по которому развитые страны пришли к своему нынешнему благополучию, неприемлем, ибо эта модель развития ведёт к мировой катастрофе[8]. Провозгласив необходимость перехода мирового сообщества на путь развития, основанный на новой концепции устойчивого развития, Конференция особо подчеркнула, что частная собственность становится во многих отношениях камнем преткновения на пути к устойчивому развитию человечества, а все более возрастающую роль начинает играть общественно-государственное регулирование, в основе которого должна лежать не только добрая воля, но и точное научное знание, грамотная, организованная на уровне приоритетной государственной политики система образования, просвещения и подготовки специалистов не только как компетентных знатоков своего дела, но и как активных, демократически ориентированных граждан.

По отношению к обсуждаемой здесь государственной российской политике в сфере отечественной духовной культуры это прежде всего означает, что, выстроенная в соответствии с предложенными рекомендациями, такая политика облегчит российским гражданам и объединяющим их социальным общностям и группам движение по пути образования самих себя, сознательного и ответственного выбора тех способов мышления и действия, которые отвечают общему нравственному ориентиру на сохранение природы, жизни и культуры, на построение справедливого и развитого, основанного на началах подлинной демократии гражданского общества, через соответствующие государственные структуры и политические решения открытого во всех этих направлениях партнёрским взаимоотношениям со всеми государствами мира, мировым сообществом в целом.

Конкретные принципы, способы и средства реализации такой государственной политики, радикально отличающейся по своей идеологии от того, что предлагается, точнее, навязывается миру, отдельным государствам, составляющим их регионам современной глобалистской доктриной, разрабатываются прогрессивными интеллектуальными силами мирового сообщества на протяжении последних лет именно в качестве принципиальной альтернативы этой доктрине и её практическим последствиям, и потому достаточно быстро и эффективно могут быть воплощены в определённых государственных программах и нормативных документах. Имеется в виду, прежде всего, широкая программа международной и внутригосударственной политики, разработанная ЮНЕСКО и предложенная всем странам и народам соответствующими решениями ООН.

Как известно, завершающий год второго тысячелетия, передававший эстафету грядущему третьему, был объявлен ООН ещё в ноябре 1997 года Международным годом культуры мира (резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 52/15 от 20 ноября 1997 г.), а начинающий новое тысячелетие период 2001-2010 гг. несколько позже - в ноябре 1998г. - провозглашён Международным десятилетием культуры мира и ненасилия в интересах детей планеты (резолюция Генеральной Ассамблеи ООН 53/25 от 10 ноября 1998 г.). Сообразуясь с этими решениями, 53-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН 13 сентября 1999г. приняла Декларацию о культуре мира, статья 3 которой прямо провозглашает: «Более полное становление культуры мира неразрывно связано с:

- поощрением мирного урегулирования конфликтов, взаимного уважения и понимания и международного сотрудничества;

- поощрением демократии, развития и всеобщего уважения и соблюдения всех прав человека и основных свобод;

- предоставлением людям на всех уровнях возможности развивать навыки диалога, переговоров, формирования консенсуса и мирного урегулирования разногласий;

- укреплением демократических институтов и обеспечением полного участия в процессе развития;

- поощрением устойчивого экономического и социального развития;

- ликвидацией всех форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости;

- продвижением идеалов взаимопонимания, терпимости и солидарности между всеми цивилизациями, народами и культурами, в том числе по отношению к этническим, религиозным и языковым меньшинствам.

Наряду с Декларацией, та же сессия приняла и Программу действий в области культуры мира, в п.3 раздела А которой, названного «Цели, стратегии и основные участники», подчёркнуто: «Следует привлекать гражданское общество к участию на местном, региональном и национальном уровнях, с тем, чтобы расширить круг мероприятий в области культуры мира».

Думается, что сформированная упомянутыми документами целая программа практически-политических действий должна быть принята во внимание в своей деятельности не только формирующимся в России гражданским обществом и представляющими его общие интересы движениями и организациями, но и российским государством, по своей природе призванным эти интересы отчётливо выразить и реально обеспечить как раз посредством соответствующей государственной политики. В этом, прежде всего, и выразится и его субъектность, и способность эту субъектность реально продемонстрировать и направить на общее благо, а не против него, как получалось до сих пор.

_______________

Авторы

Степанов Е.И. доктор философских наук, профессор, главный научный сотрудник Института социологии РАН,  Президент Международной ассоциации конфликтологов (Москва),

Зеленов Л.А. доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой философии Архитектурно-строительной академии (Нижний Новгород),

Владимиров А.А. доктор философских наук, профессор,заведующий кафедрой философии и социальных наук Волжской государственной академии водного транспорта (Нижний Новгород).

 

 



[1] Россия в глобальном контексте. - «НГ-сценарии» от 11.04.2001, с. 13.

[2] Ерасов Б.С. Унификация мира. Глобализация подрывает жизнеспособность незападных цивилизационных структур. - НГ от 14.03.2001, с. 9.

[3] Ерасов Б.С. Там же, с.15.

[4] Ципко А. ХХ век продолжается. Как выйти из порочного круга террористических кошмаров и бессмысленного «возмездия»?- НГ от 15.09.2001, с. 7.

[5] См.: Пахомов Н.Н. Кризис образования в контексте глобальных проблем. - Философия образования для XXI века. - М., 1992; Владимиров А.А. Высшая школа как социальный институт гражданского общества. - Н.Новгород, 2001.

[6] См.: Хайдеггер М. Время и бытие. - М., 1993; Ясперс К. Духовная ситуация времени. - М., 1990; Камю А. Бунтующий человек. - М., 1990; Ортега-и-Гассет Х. Дегуманизация искусства. - М.,1991; Фромм Э. Бегство от свободы. - М.,1990, Фромм Э. Иметь или быть. - М.,1990.

[7] Кошелева В.Л. Кризис образования как мировая проблема и специфика его проявления в России // Социальные конфликты, Вып.12. - М.: ИС РАН, 1997, с. 37.

[8] См.: Коптюг В.А. Конференция ООН по окружающей среде и развитию (Рио-де-Жанейро, июнь 1992г). Информационный обзор. - Новосибирск, 1993.

Последнее обновление ( 07.02.2009 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей