27.06.2019 г.
Главная arrow Общество arrow А.В. Иванов. О прорехах российского бытия: экология и сельское хозяйство



А.В. Иванов. О прорехах российского бытия: экология и сельское хозяйство Печать E-mail
Автор Редсовет   
28.01.2008 г.
   Возможно, для кого-то жизнь, действительно, меняется в лучшую сторону. Но для того, чтобы вынести подобное оптимистическое суждение относительно России в целом, надо четко и беспристрастно (желательно с помощью независимого телевидения и прессы) сопоставить речи государственных голов на экране с тем, что на самом деле происходит в стране.

    Взрывы бытового газа словами не потушишь, а галопирующую инфляцию заклинаниями не сдержишь. Здесь властям поневоле приходится говорить народу правду.  Трудно ее утаить и в вопросах «суверенной демократизации» нашего государственно-правового устройства. Под оным, судя по всему, следует теперь понимать публичное «вылизывание» верховной власти, возглавляемое самим патриархом; портреты «горячо любимого президента» в кабинетах чиновников всех уровней и политическую цензуру на центральных телеканалах. Все это не может не вызвать чувства глубочайшего стыда у всех честных и умных людей (что показательно - и у либералов, и у почвенников), особенно на фоне занудных телепередач о том, какое у нас было рабское и тоталитарное сознание при социализме. Печальной правды о капиталистической реанимации «вечно-бабьего» в русской душе (выражение Н.А. Бердяева) тут, что называется, не скроешь, как бы госпропаганда ни растлевала и не смущала слабые души.  Гораздо проще эту правду скрывать или не замечать ради успокоения собственной совести, если дело касается экологии, сельского хозяйства, обеспечения народа жильем, развития армии или образования. Здесь все не так очевидно, и какая-нибудь бабушка в глухой российской глубинке, лично не созерцая вокруг никаких особых изменений к лучшему, тем не менее спрашивает  себя: если правители так упорно и искренне говорят об улучшениях, то, стало быть, где-то эти улучшения реально происходят? Нельзя же так упорно выдавать желаемое за действительное. Как раз о желаемом и действительном, чаемом и реальном в нашем сегодняшнем российском бытии  и хотелось бы порассуждать.

     Об армии и жилищных проблемах говорить не буду - не компетентен. О прорехах российского образования поговорим в другой раз, а вот относительно экологии, как человек давно причастный к экологическому движению, могу со всей определенностью заявить: по вниманию к экологическим проблемам и, особенно, по уровню экологизации чиновничьего сознания мы точно занимаем одно из последних мест в мире. У нас нет министерства экологии (его функции переданы министерству природных ресурсов, т.е. волка поставили стеречь овчарню!); нет независимой общественной экологической экспертизы даже крупных техногенных проектов; нет приоритетности решения экологических проблем страны в целом, что является одним из важнейших критериев  культуры современного государственного управления. Более того, всей совокупностью «водных», «лесных» и «земельных» кодексов последних лет практически приватизированы российские воды, леса и недра. Они больше народу не принадлежат, и нет никаких гарантий, что они вообще сохранятся для наших детей и внуков (особенно леса и не возобновляемые природные ресурсы типа нефти и газа).

     Напротив, мы имеем дело с самым настоящим разгулом технократии и капиталистического хищничества, живущих исключительно сегодняшним днем. При этом запасов нефти и газа у нас в лучшем случае лет на пятьдесят, а самые простые медико-экологические расчеты показывают, что увеличение нашего валового внутреннего продукта в два раза при нынешнем уровне промышленных технологий приведет к экологической катастрофе, хотя у нас и так 200-300 тыс. смертей в год вызваны исключительно неблагополучной экологической обстановкой. Есть прямая корреляция между здоровьем окружающей природной среды и здоровьем населения, как есть прямая корреляция между психическим здоровьем народа и сохраненной красотой родной природы, особенно таких природных святынь,  как Байкал и Селигер, Ока и Волга, Сихотз-Алинь и северные русские леса.

     Что касается моего родного Алтая, то он - лакмусовая бумажка абсолютного равнодушия центральной власти к нашим национальным культурным и природным святыням. Иначе - не реализовался бы с упрямством, достойным лучшего применения,   разрушительный проект строительства прямого газопровода в Китай через знаменитое плоскогорье Укок, включенное в Список Всемирного Природного Наследия ЮНЕСКО. Укок (в переводе с тюркского - «Слово Неба») является святыней для всех алтайских народов - алтайцев, казахов, монголов, урянхайцев. Газовая труба через него - осквернение древнего Алтаря Евразии.  Иначе - не собиралась бы какая-то безвестная московская компания ООО «ГидроЭнергоКомплекс» (дочерняя структура ООО «Лаборатория многопроцессорных информационных технологий-М»!!!) при полном попустительстве горноалтайских и московских чиновников построить к 2010 году Горно-Алтайскую ГЭС на реке Катуни, реанимируя печально известный проект Катунской ГЭС, безусловно отвергнутый в начале 90-х годов двумя государственными экспертизами. 

     По сути дела, руководство страны готово жертвовать нашим общенациональным природным потенциалом  (какого нет ни у одной страны в мире и что составляет наш стратегический ресурс в 21 веке!!!) ради сиюминутных прибылей вполне конкретных людей и конкретных фирм - того же Газпрома, половина акций которого, между прочим, принадлежит зарубежным инвесторам. На этом фоне просто смехотворным выглядят упреки, что зеленые-де продались Западу и сдерживают технологическое развитие страны. Так вор кричит: «Держите вора!», ибо только шельмуемые зеленые сегодня хоть как-то сдерживают тихую распродажу  российских природных богатств.

     Обратимся к сельскому хозяйству. Как преподаватель аграрного вуза и житель аграрного края, опять-таки, со всей ответственностью могу заявить: нынешний национальный проект в области поддержки агропромышленного комплекса неэффективен, а проекты вступления в ВТО для отечественного сельскохозяйственного производителя попросту гибельны. Они оказались гибельными даже для передового венгерского сельского хозяйства, некогда лучшего во всей Восточной Европе. Ныне венгры стонут, с ностальгией вспоминая времена Совета Экономической Взаимопомощи, когда кормили весь социалистический лагерь и не знали проблем ни со сбытом сельхозпродукции, ни с инвестированием.

     Наше же сельское хозяйство, не в пример венгерскому,   сплошь расположено в зонах рискованного земледелия (особенно это касается Сибири) и объективно связано с огромными издержками производства - затратами на сухопутные перевозки, повышенным расходом кормов и энергоресурсов в зимний период, капитальным строительством объектов животноводства в условиях суровых зим, работами по влагосбережению и эрозии почв в степных районах. Нынешнее выживание нашего сельского хозяйства во многом обеспечивается беспощадной эксплуатацией земли, трудовых сил работника, да еще ... безграничной терпеливостью русского человека, которое сплошь и рядом оборачивается этой самой бердяевской бабьей покорностью перед произволом  мужа-деспота.

     Для подлинного возрождения отечественного сельского хозяйства нужны гораздо более решительные и рациональные действия. Я, естественно, не берусь давать тут исчерпывающий перечень, а укажу лишь на самые неотложные меры, о которых говорят мои коллеги-аграрии. Во-первых, необходим деликатный, но последовательный  государственный протекционизм под чисто рыночным лозунгом  «выравнивания конкурентных условий между производителями, находящихся в разных природных условиях». Одно дело - выращивать зерно в благодатном черноземном междуречье Миссури и Миссисипи или коров на юге Франции, а совсем другое дело - в Алтайском крае, где вегетативный период короток, зимние температуры под -30  - не редкость, а суточный перепад температур в осенне-весенний период достигает нескольких десятков градусов. Если уж Запад так озабочен  развитием рыночных отношений и преодолением монополизма, то пусть принимает совершенно естественные антимонопольные меры применительно к самому себе. Но здесь-то надо не тщедушными военными мускулишками перед ним поигрывать1 и провокационно политически на него подтявкивать, а явить подлинную государственную политическую волю на подлинно значимых для выживания страны мировых конкурентных площадках. Своего сельхозпроизводителя защищать - это качественно иной уровень отстаивания национальных интересов, нежели победоносное снабжение Запада собственной нефтью и газом.

     Во-вторых, необходимо сделать ставку на производство уникальной сельхозпродукции, какой нет у того же Запада. Это касается  в первую очередь  высококачественных и экологически чистых продуктов питания. Один авторитетный  иностранный специалист в области сельского хозяйства, посетив наш Алтайский край, честно признался в порыве откровения: «Нам не страшны ваши ракеты. Вы, русские, страшны нам своими экологически чистыми продуктами питания, ибо ограниченные пахотные земли Европы за несколько тысяч лет непрерывной эксплуатации попросту не  в состоянии давать качественную продукцию. Наши хваленые урожайность и дойность всегда прямо пропорциональны степени химизации и прочим противоестественным формам стимуляции сельхозпроизводства». К сожалению, в плане продвижения наших пока еще уникальных сельхозпродуктов на внешние рынки  делается до обидного мало, зато элитные семеноводческие и племенные хозяйства, требующие безусловной государственной заботы, продолжают идти с молотка. Доходит до смешного: в нашем коренном аграрном крае становится невыгодным производить главное богатство России - хлеб, в том числе знаменитые твердые сорта пшеницы. Мы не можем сбыть хороший урожай за пределами края только потому, что железные дороги не хотят сбросить тарифы на перевозку зерна. А вот льготные железнодорожные тарифы на перевозку угля у нас существуют!  Спрашивается: с каких это пор для государственной власти  уголь стал дороже хлеба, выращивание  которого требует неизмеримо больших затрат и физической, и духовной энергии?   Уголь можно заменить нефтью и газом, а еще лучше - альтернативными источниками энергии, а вот хлеб заменить нельзя ничем.  Это заставляет наших сельхозпроизводителей даже разрабатывать проекты производства биоэтанола (спирта для двигателей внутреннего сгорания) из ... не находящего сбыта алтайского зерна. И это в мировых условиях, когда существует не просто дефицит экологически чистого продовольствия, а и в целом нарастает дефицит продуктов питания, и прежде всего - хлеба!!!

     В-третьих, следует дать селу (разумеется, надежным хозяйствам и под жестким контролем государственный власти) двухгодичный беспроцентный кредит исключительно под обновление технической базы производства. Без такого оперативного технического перевооружения никаких сдвигов в сельском хозяйстве ожидать не приходится. Можно также  потребовать от хозяйств осуществлять закупки сельхозтехники у отечественных  производителей с соответствующими требованиями и государственными санкциями относительно последних. Можно предусмотреть погашение взятого кредита (такая практика в стране есть) как деньгами, так и непосредственно продуктами сельхозпроизводства, встраивая в эту цепочку и реконструкцию предприятий сельхозпереработки. Такое адресное вложение денег, скопленных на продажи нефти и газа,  никак не может привести к инфляции, ибо здесь стимулируется реальное производство, а не  скупка недвижимости и импортного барахла, а вот косвенно эта акция, безусловно, поднимет доходы и, соответственно, индекс развития человеческого потенциала нашего села. Это вам  не нынешнее частичное государственное погашение кредитов, взятых  под сугубо частные, а не стратегические проекты технологического перевооружения, в принципе не способные изменить ситуацию к лучшему.

     В целом же, отношение власти к селу остается презрительным отношением к колхознику со стороны чистоплюя-горожанина, никогда не знавшего и не способного оценить тяжести крестьянского труда. Более того, он патологически не способен понять, что село и крестьянин - это живительные корни, питающие всю коренную русскую культуру, которая всегда очень четко проводила границу между светом и тьмой, верхом и низом, добром и злом, прекрасным и безобразным, тем самым сохраняя и утверждая незыблемый и вечный порядок национальных ценностей. Из сел того же Алтайского края вышли такие выдающиеся носители и выразители этих коренных русских ценностей в ХХ веке, как Василий Шукшин и Иван Пырьев.

     Показательно, что ужас всех революций и перестроек порождался в России как раз городом, а не селом. Бескорневой горожанин гораздо более склонен поддаваться соблазну разрушения старого мира до основания, нежели крестьянин, сызмальства приобщенный к вечным ценностям земли и труда, дедовских ратных традиций и бабушкиных мудрых сказок. Идеализировать, конечно, не стоит и села: там полно фактов пьянства, лентяйства и всяческих безобразий. Но так надо вычищать сор из колодца, дабы иметь возможность испить воды живой и вечной, а не засыпать его песком с упрямством, достойным лучшего применения. Словом, испокон веков на Руси село - это становой хребет государства, обеспечивающий не только его продовольственную, но и культурную безопасность.

      Воля к сохранению богатств родной земли и воля к поддержке крестьянина - главные отличия ответственной и патриотической верховной власти от власти, заинтересованной лишь в собственном самосохранении. Пока этих отличий в упор не видно, как, собственно, не видно патриотической позиции в отношении образования, о чем пойдет речь в следующей статье.

____________________________________

 

Об авторе: Андрей Владимирович Иванов, д.ф.н., зав. кафедрой философии Алтайского государственного аграрного университета,  г. Барнаул.  На протяжении многих лет регулярно публикуется на сайте Движения "За возрождение отечественной науки".

 

Последнее обновление ( 28.01.2008 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей