21.09.2018 г.
Главная arrow Трибуна arrow Оценки Коха: Верхи-то еще могут, а вот низы — уже не хотят. Комментарий А.Н.Самарина



Оценки Коха: Верхи-то еще могут, а вот низы — уже не хотят. Комментарий А.Н.Самарина Печать E-mail
Автор - публикатор   
31.01.2011 г.
Откровения Альберта Коха "Новой газете" №43, октябрь 1998 года:

Вопрос: А как вы прогнозируете экономическое будущее России?

- Сырьевой придаток. Безусловная эмиграция всех людей, которые могут думать, но не умеют работать (в смысле копать), которые только изобретать умеют. Далее


- развал, превращение в десяток маленьких государств.

- Насколько Запад понимает, что хаос в России может быть угрозой всем миру?

- Я, откровенно говоря, не понимаю, почему хаос в России может быть угрозой всему миру. Только лишь потому, что у нее есть атомное оружие?

- Вот именно. А разве этого мало?

- Я думаю, для того чтобы отобрать у нас атомное оружие, достаточно парашютно-десантной дивизии. Однажды высадить и забрать все эти ракеты к чертовой матери. Наша армия не в состоянии оказать никакого сопротивления.

 

ВЕРХИ-ТО ЕЩЁ МОГУТ, А ВОТ НИЗЫ - УЖЕ НЕ ХОТЯТ

 

Откровения и опасения Альфреда Коха, известного русофоба, бывшего председателя Госкомимущества России, бывшего Заместителя Председателя Правительства РФ, соратника Чубайса, изложенные в статье журнала "Forbes" (Форбс)

 

Я не ворон, я - вороненок.

Ворон еще летает.

Емельян Пугачев, из ответа

графу Панину на допросе

 

Мы столкнулись с первыми сполохами бушующего в глубине народного пласта пожара. Да, реальность вот такая, не очень изящная и симпатичная. Да, эти волчата не очень похожи на сытых и ленивых обитателей якеменковского зоопарка.

Но зато, в отличие от кремлевских комсомольцев, это свободные люди. Жестокие? Тупые? Злые? Может быть. Нацисты? Вряд ли. Это скорее человеческая протоплазма, из которой он может родиться, но это пока еще не нацизм. У них нет настоящих вождей, стройной теории, нет никакой организации. Но у этих мальчиков есть одно важное преимущество перед выдуманной страной, которую мы видим глазами Эрнста и Добродеева: они реальны, они существуют в действительности. И именно это нас всех и пугает.

Что, страшно? То-то же и оно-то же. Да ладно вам хорохориться, сам вижу, что страшно. Так в этом и есть весь трюк: лишь только покажется русский бунт на одну осьмушку его реальной силы - и уже вот вам и готово: толстый пингвин робко прячет тело жирное под мышкой у «Кровавого Режима». «Все что угодно! - кричит наделавший от страха в штаны фрондирующий тандему обыватель. - Зачеркните все, что я говорил до этого. Правьте нами сколько угодно. Только защитите нас от этих погромщиков. Это же ужОс какой-то. Откуда только они взялись, эти фанаты, нацисты, скинхеды?» «Ну что? - говорит «Кровавый Режим».- Страшно, сволочи? Вольно ж вам, свиньи, ругать нас, пока все хорошо. А как страшно, так сразу к нам? Ну ладно, на этот раз прощаю. А погромщиков, так уж и быть, накажу».

Что ж это за бунтовщики? Что ж это за карбонарии такие, что наш всегда находчивый премьер аж два дня думал, как комментировать их выходки, пока не придумал ничего лучше, чем обвинить в этом Немцова с Алексеевой.

Средний возраст молодежи, которая вот уже вторую неделю пугает обывателей своим радикализмом, составляет примерно 20 лет. То есть это первое поколение россиян, которое не знало совка. В отличие от своих родителей, эти мальчики выросли в относительной информационной свободе и при отсутствии серьезного идеологического пресса. Первые 10 лет жизни они вообще ничего не понимали, а вторые 10 лет государство лишь имитировало молодежную политику. Как, впрочем, оно вообще имитирует сейчас все - образование, здравоохранение, оборону, правоохранительную деятельность, политическую борьбу, напряженный труд вождей и т. д.

Интересно посмотреть, что же такое мы вырастили, а еще вернее - что же само  выросло на наших необъятных просторах? Это тем более важно, что идущие за ними поколения скорее будут похожи на них, чем на нас, а значит, вскоре их мировоззрение и способ его практического использования станет характерной чертой большинства нации. Я далек от претензий на полноту и глубину анализа, но какие-то очевидные выводы сделать можно уже сейчас.

Первое. Эти люди намного смелее нас. Мы, запуганные совки, боимся всего на свете: царского гнева, милицейской дубинки, чеченского ножа, женской истерики. Они не такие. Они открыто выражают свои мысли, они не боятся ментов, они кавказской сплоченности готовы противопоставить свою сплоченность, они готовы в буквальном смысле слова драться за свои убеждения и интересы. Пусть даже эти интересы ими неправильно осознаны, а методы борьбы, на наш изнеженный вкус, слишком брутальны.

Второе. Они действительно (не на словах) гордятся тем, что они русские. Они осознают тот очевидный факт, что это их земля и что это их право устанавливать здесь те порядки, которые они считают справедливыми. Они готовы драться за эти права и порядки и проявить в этой борьбе заметно большую самоотверженность, чем мы.

Третье. Они невежественны, и поэтому для объяснения своих проблем хватаются за лежащие на поверхности лозунги, которые, как правило, страдают упрощенчеством. Но ведь и власть с завидной регулярностью подкидывает им все новые и новые аргументы, которые подталкивают не к самокопанию, а к тому, чтобы прийти к простому и вульгарному выводу: «Кремль продал Россию чеченам».

Четвертое. Они не считают сегодняшнюю власть своей властью. Они никак себя с ней не корреспондируют и не видят в ней защитника своих интересов. Для них это какие-то дяди и тети, которые жульническим путем поставлены на свои должности лишь для собственного обогащения. И опять власть с ужасающей производительностью поставляет им все новые и новые доказательства этого.

Пятое. В отличие от нас, в них нет священного трепета перед сакральной силой государства. Они ничего хорошего от него не видели. Оно их не образовывало, не лечило и не защищало. Единственный раз, когда они с ним столкнулись, - это когда их старших братьев забирали на две кавказские войны. Можно себе представить, что им рассказывали те, кто с этой войны вернулся. А за тех, кто не вернулся, говорили их могилы. И как им теперь объяснить, почему чеченцев, убивавших русских солдат, амнистируют, а Буданова и Ульмана - нет? Почему чеченцы в начале 1990-х выгнали всех русских из Грозного (а не уехавших зарезали), а мы не можем их заставить хотя бы вести себя прилично в нашей Москве? Почему мы их так щедро кормим, если самим всего не хватает? Наверное, на эти и подобные им вопросы есть правильные и мудрые ответы. Но ведь власть не дает никаких! Она просто делает вид, что их нет. Чего же удивляться, что эти парубки ответили на эти вопросы сами? Уж как сумели, так и ответили. Как говорится, университетов не кончали. Да и какие нынче университеты...

Улица их университет. Вынужден констатировать: это было полбеды, когда чеченцы не хотели жить с русскими в одной стране. Настоящая беда начнется, когда русские не захотят жить вместе с чеченцами.

Можно еще долго перечислять и шестое, и двадцатое,  но и сказанного достаточно, чтобы понять: они другие. Они совсем не мы. Когда власть, состоящая в основном из 40-60-летних бюрократов, «общается с народом», она разговаривает со своим поколением. С поколением, которое она хорошо понимает и чувствует. Но мы скоро перестанем быть большинством нации. Нам на смену идут вот эти люди. Бестолковые, жестокие, искренние и активные. Власть, вместо честного диалога со своим будущим народом, придумала «объяснялку» про либералов-провокаторов, а взамен общения с молодежью - проплаченное шоу «Селигер».

Наша сегодняшняя жизнь наполнена суррогатами реальности. Даже по телевизору вместо реального фигурного катания или бального танца идет суррогат в виде кривляющихся випов. Политическая борьба тоже превратилась в суррогат, когда за разрешением на оппозиционную деятельность идут к Суркову. Мой гневный протест согласован! - кричит нарицательный гозман, тыкая пальцем вверх и не понимая, что выглядит лишь карикатурой на самого себя десятилетней давности. Власть уже давно имитирует жизнь вокруг себя. Она лечит не болезнь, а симптомы. Люди вышли на улицы? Разогнать! Видите: разогнали, и все спокойно. Потому, что это не настоящие граждане, а так, экстремисты, проплаченные западными спецслужбами.

А у тех понятно какие задачи: развал России. Настоящие же россияне изнывают от любви к «Едру», а по вечерам выпивают «Путинку» за здоровье помазанников. Но ведь это ложь! И власть знает, что врет. И с кафкианской иррациональностью верит в собственноручно состряпанную дезу. Загоняя болезнь вглубь, делая вид, что ее нет, можно некоторое время продержаться на самообмане, воспринимая ремиссию как избавление от недуга. Но, вызревая в глубине организма, оглушенного болеутоляющим, болезнь вырвется наружу в самых грубых и неуправляемых формах бессмысленного и беспощадного бунта, индивидуального террора и презрения к любым властным институтам вообще. А вот это как раз и чревато полной анар хией и развалом России. Таким образом, наша власть, искренне пытаясь избежать развала страны, наоборот, делает его не избежным.

Созданная Кремлем потемкинская деревня национальной политики представляет собой адскую смесь из опостылевшей политкорректности, тошнотворной сервильности и давно почившего в бозе пролетарского интернационализма. Это убогое вранье про добрый преданный народ и мудрых вождей невыносимо по своей вторичности. И вот мы столкнулись с первыми сполохами бушующего в глубине народного пласта пожара. Да, реальность вот такая, не очень изящная и симпатичная. Да, эти волчата не очень похожи на сытых и ленивых обитателей якеменковского зоопарка. Но зато, в отличие от кремлевских комсомольцев, это свободные люди. Жестокие? Тупые? Злые? Может быть. Нацисты? Вряд ли. Это скорее человеческая протоплазма, из которой он может родиться, но это пока еще не нацизм. У них нет настоящих вождей, стройной теории, нет никакой организации. Но у этих мальчиков есть одно важное преимущество перед выдуманной страной, которую мы видим глазами Эрнста и Добродеева: они реальны, они существуют в действительности. И именно это нас всех и пугает.

Альфред Кох

(Экс-вице-премьер правительства России. - Ред.)

Газета «Знание-власть!» № 1 (500) 2011

От редакции ДЗВОН. Вместо комментария приведем фрагмент нашей публикации семилетней давности, посвященный упомянутому выше персонажу и его сообщникам.

 

  А.Н.Самарин. По ком звонит компрадорский колокол?

                                                                                                                                                                  (2002 г.) .

Заслуживает внимания детализированная картина грядущего, которая обозначена недавним вице-премьером российского правительства А. Р. Кохом - человеком, близким к власти и поныне. Общеизвестно, что ему приходилось отвечать как за государственное имущество, так и за современный «телевизионный агитпроп», и что под его контролем находились многочисленные СМИ. Как и Б. Березовскому ему была доверена «медийная» инженерия душ, а его жизненное кредо нашло отражение в специальной телепрограмме «Алчность», ведущим которой стал сам отставной вице-премьер. Свое видение общественных перспектив однажды с редкой откровенностью он изложил  в интервью радиостанции WMNB в США осенью 1998 г., сопровождая, поистине, трагические сюжеты радиобеседы неожиданным фонтаном радостного смеха.

Интервью радикально отличается своей тональностью от той обеспокоенности за будущее, которая содержится во многих научных прогнозах наших соотечественников. То, что их беспокоит, недавнего правительственного руководителя радует. Судя по тексту, гостя радиостудии особенно веселит то обстоятельство, что «Россия никому не нужна» и он несколько раз повторяет эту фразу, выразительно похохатывая. Приведем дословно небольшие фрагменты из  диалога А. Р. Коха с корреспондентом этого радио. Разговор идет на русском языке, так что ошибки двойного перевода исключены, ответы московского гостя выделены далее жирным шрифтом:

         – А как вы прогнозируете экономическое будущее России?

         – Сырьевой придаток. Безусловная эмиграция всех людей, которые            

           могут думать, но не умеют работать (в смысле копать), которые   только изобретать умеют. Далее - развал, превращение в десяток           

                     маленьких государств.

         – И как долго это будет длиться?                                                                                         

         – Я думаю, в течение 10-15 лет...

         – Если исходить из вашего взгляда на завтрашнее России, то весьма                        

            безрадостная картина складывается...

         – Да, безрадостная. А почему она должна быть радостной? (Смех.)  

         – Ну, просто хотелось, чтобы многострадальный народ...

        –  Многострадальный народ страдает по собственной вине. ...Этот народ  по заслугам пожинает то, что он плодил.                                                                                  

         – Насколько Запад понимает, что хаос в России может быть угрозой всему

            миру?

         – Я, откровенно говоря, не понимаю, почему хаос в России может быть      угрозой всему миру? Только лишь потому, что у нее есть атомное оружие?    

         – Вот именно. А разве этого мало?

        – Я думаю, для того, чтобы отобрать у нас атомное оружие достаточно одной парашютно-десантной дивизии. Однажды высадить и забрать все эти

           ракеты к чертовой матери. Наша армия не в состоянии оказать никакого

            сопротивления. Чеченская  война показала это блестящим образом[1].

 

Совет, данный Западу относительно возможной военной интервенции в собственную страну, который представлен бывшим вице-премьером России, потрясает воображение. Большего капитулянтства, цинизма,  личностного и политического падения не придумать... Это интервью, впрочем, стоит читать целиком как некоторый шедевр подлости и беспредельной непатриотичности, что никак не вяжется с привычным образом государственного мужа. Но не обрушился шквал общественного гнева на этого деятеля, что производит неизмеримо более гнетущее впечатление, чем сам этот чудовищный текст[2]. И ни один из его высокопоставленных друзей,  правительственных чиновников тоже не выразил ему претензий.  Не встрепенулась и юстиция, хотя и было от чего[3].

Для нашей темы существенны те из заданных  А. Кохом ориентировок на будущее, что якобы всех думающих людей в нашей стране ожидает «безусловная эмиграция» и что традиции классической русской культуры исчерпали себя. Но всего сильнее его более широкий антиинтеллектуалистский тезис о том, что люди, которые умеют думать, вообще не умеют работать, «т.е. копать», и что в стране останутся лишь последние, тогда как в интеллектуалах всякая надобность отпадет[4]. Можно догадываться какая перспектива в подобном случае открывается для российского образования и особенно для страны, если оправдаются подобные ожидания, и если общество не поставит на место таких господ.

Так же, как можно не сомневаться в существовании связи между программой дезинтеллектуализации страны и «стратегией ослабления России» со стороны Запада (о которой дословно говорил в продолжение своего интервью даже  подыгрывающий ей А. Кох). Из помянутого интервью, кроме того, очевидно присутствие деловых и политических группировок внутри нашей страны, готовых поддерживать эту стратегию, зарабатывая на распродаже и разрушении собственного отечества. /Характерно, что поводом для интервью стала книга А. Коха, которая так и называется «Распродажа советской империи»/.  Развал науки и образования  видится частью этого торга. Продать готовы задешево, не ведая подлинной цены тому, чем торгуют. А мера их нелюбви к своей стране и народу поразительна.

Последовавшие в том же радиодиалоге другие антипатриотические эскапады господина Коха дают повод оценить его отношение к нашему классическому наследию: «Они (русские - А.С.) так собой любуются, они до сих пор восхищаются своим балетом и своей классической литературой XIX века, что они уже не в состоянии ничего нового сделать». «Русские заработать ничего не могут, поэтому они купить ничего не могут». (Примечательно это отстраненное «они» и абсолютное отсутствие наималейшей сопричастности к дальнейшей участи родины и соотечественников, даже презрение к ним). А, кстати, не за счет ли труда оскорбляемого им народа живет, обогащаясь и немало отбирая у него, этот субъект?

На все лады он повторяет далее, что Россия «это обанкротившаяся страна» и ее «народ по заслугам пожинает то, что он плодил». На вопрос радиокорреспондента: «И вы полагаете, что никакие  методы хозяйствования Россию не спасут?» бывший высокий руководитель страны твердо ответствует – «думаю, что это бесполезно».  Но, если любые лекарства против отечественных болезней, по мнению Коха, бессильны, то почему же тогда он и окружающие его господа так носятся с реформаторскими прожектами? Почему они не бросают так опостылевшую родину и не уезжают от нее подальше? Не проявление ли это особого интереса к имуществу заболевшего? Тогда заинтересованность лекарей определенно состоит не в исцелении от болезни! И когда они с той же нотой обреченности начинают говорить об образовании или культуре, цель их «лечения» одна и та же – летальный исход, который нам преподносится как якобы «неизбежный». В этом – вся соль подобных интервью.

Признания г. Коха ценны тем, что он концентрированно и без экивоков говорит то, что десятки других политиков правого толка излагают в виде полунамеков или иносказаний, часто «путая следы». Анализируя, например, позиции группы А. Чубайса, к которой принадлежит и  А. Кох, директор Института проблем глобализации М. Делягин с полным правом тоже отмечает ее «пренебрежение к интересам России: надо, чтобы ее (Россию –А. С.)  покупали, а что в ней происходит - неважно»[5]. Как известно, именно с усилиями этой группы даже (включенный в тот же процесс) Дж. Сорос связывал возникновение в России самого дикого, грабительского и непродуктивного капитализма в истории. Да и сам А. Чубайс не скрывал свой сознательный  выбор в пользу, по его словам, «бандитского капитализма» в России[6]. Принадлежащая к числу его близких единомышленников И. Хакамада, от имени руководства СПС предложила съезду этой партии (который состоялся в мае 2001 г.) - и, разумеется, в последующем российскому правительству - «отказаться от доктрины национальных интересов» в пользу глобализма. Иначе говоря, она предложила оформить «идейно» примерно те же позиции,  которые с такой ясностью сформулировал Кох. К несчастью, дело «реформирования образования» в нашей стране отдано на откуп именно этой группировке и, похоже, не без участия зарубежных финансовых и иных структур, заинтересованных в обвале отечественного просвещения[7] и умело использующих методы недобросовестной конкуренции. Но сколь можно доверять реформаторским посулам в деле образования, когда нескрываемая цель заключается в ином -  в максимально быстрой распродаже страны тем, кто предельно заинтересован в ее кончине.

Даже распад России «на десять маленьких государств», хаос гражданских потрясений, вполне возможных войн их не пугает. Понятно, чем может обернуться подобная «футурология», по Коху. Нет сомнения в значимости образа будущего для дела воспитания и образования юных людей. Ведь, как очевидно, цели торга отечеством не ограничиваются только материальным его разорением, они предполагают также похищение надежд на достойную жизнь для грядущих поколений, на продолжение и приумножение самобытной этнокультурной традиции, на государственно-политическое существование народа. Меркантилизм, возведенный в  высшую ценность, не знает и знать не желает о народных интересах и судьбе отечестве. Национальное предательство в России даже не осознается его носителями как таковое (особенно в мнимоэлитной среде), что сильно отличает наше общество от других. У нас теперь коммерция Родиной «с иностранцами на паях» - это самый респектабельный «крупный бизнес».  И пока ему не будет положен предел, бесполезно надеяться на воспитание в массах или у молодежи здорового патриотизма, гражданственности или созидательных устремлений. Вместо этого юные головы  так и будут заполняться смрадными продуктами распада.

Ни экономический, ни политический либерализм, не говоря о других воззрениях, вовсе не предполагают и никак оправдать не могут сдачи национальных интересов на корню, как это имеет место в  сегодняшней российской псевдолиберальной пародии на соответствующие зарубежные аналоги.  Такая «сдача» равносильна государственной измене и лежит вообще за пределами любой легитимной политической дифференциации. Но именно в ней, в постыдном разорении и расточении полученного исторического наследства и предлагается «соучаствовать» юному поколению в соответствии с видением российских «правых». Соответствующим образом программируются и специализированные структуры социального воспроизводства: от искусства и культуры до просвещения, насколько они им подвластны. Особое внимание уделяется высшей школе, ее перепрофилированию и, прежде всего, идеологической переориентации.

В конечном счете, все будет зависеть от того, какая группа и, вместе с ней, какой тип или социальный характер одержит верх в борьбе за право «производства смыслов» (как это называет историческая антропология)? Либо высококачественные вузы станут  инструментом консолидации созидательных сил, либо, вполне возможно, они могут выродиться  в рассадники изощренного квалифицированного мародерства, какие бывали не редкостью в колонизированных странах, некие питомники полуколониальных администраторов с психологией чужаков в своей стране, готовых к организованному разграблению национального достояния.

Ведь простой критерий продуктивности  обнаруживает гигантское различие между западным оригиналом и российскими его подражаниями. Источники обогащения березовских принципиально иные, нежели у фордов или гейтсов. Ни технологических, ни социально-организационных достижений в производстве за нашими нуворишами нет, есть только наглое расхищение государственной и всякой иной собственности. И эта разница коренится не столько в степени развития рынка или демократии у нас в сравнении с Западом, сколько в ценностно-практической ориентации властвующих групп., которые в любом сопоставлении противоположны. Понятно, что строить - дело, долгое и трудное, тогда как разграбление требует меньших усилий и интеллекта.

Проистекающая отсюда деструктивная и асоциальная ориентация российских «элит» находится в вопиющем противоречии с целями отечественного образования и задачами, как культурного, так и экономического созидания. Вот почему олигархические кланы инстинктивно прямо или косвенно содействуют «зачистке» общества от всех своих культурных антагонистов, чтобы те не препятствовали расхищению национальных ресурсов, не мешали естественному в подобной ситуации общественному распаду, на который можно списать все.

 «Это так же, как Гайдар говорил: "Наука может подождать! Север нам не нужен! Старое поколение провинилось"…». «Но каков итог? Россия оказалась изодранной в клочья и раздавленной.  Миллионы россиян умерли раньше положенного срока. Во имя чего все это было?» [8], - пытается понять видный американский экономист и журналист П. Хлебников, не находя никакого оправдания авантюристическим решениям, благодаря которым с одного из первых мест в мире страна скатилась на 95-е («по валу»), что повлекло за собой многочисленные жертвы. И этот гайдаровский список «ненужных вещей» для нашей родины легко может быть продолжен. Сегодня в их число попало образование, что завтра? /Из ближайших «культурных излишеств», видимо, на очереди – право, поскольку основы легальности потрясаются у нас и ежедневно, и ежечасно. Она уже, как нравственность, выглядит почти реликтом/.

«Многие из ельцинского правительства говорили о своей стране с таким хладнокровием и отстранённостью, что можно было подумать; речь идет о чужом государстве», заключает пораженный их высказываниями П. Хлебников. «Чудес не бывает, - начал говорить мне Ясин. – Эта страна должна выпить чашу до дна»[9].   Но воспетая им чаша страданий и разорений оказалась бездонной, о чем реформаторы предусмотрительно умолчали[10].

 

 

Полностью большая статья А.Н.Самарина под названием Образование и элиты в современной России впервые опубликована в журнале «Философия образования XXI века», 2002, № 4, а несколько позднее была помешена на сайте ДЗВОН.

  P.S.  От января 2011. 

Альфред Кох был всегда откровеннее, хоть и подлей. остальной россиянской псевдоэлиты. И в этот раз он сказал ей в лицо то, что думает: пожар не за горами, режим уже близок к банкротству (которое посильно приближал и сам Кох).  И возражать ему в этом случае не станем. Ну а в его частные реверансы о том, как де власть непрестанно спасает от развала страну,  он вряд ли сам верит.  Однако напрасно пытается Кох отмежеваться от своих единомышленников и подельников там -  наверху, он всегда играл вместе с остальным выводком Чубайса  против России, невзирая на периодические межклановые распри в этом кругу. Ворон ворону глах не выклюет. 

 



[1] Минкин А. Прощай, умытая Россия!//Новая газета, 03.11.1998.

[2] Напротив, видимо, для идеологического прикрытия прогнозируемых благодетельных событий в распоряжение именно А. Коха один за другим было отдано 2 (два!) телеканала - провинциальный «Прометей» и общенациональный «НТВ». Более достойного «медиамагната» не искали. Похоже на то, что появление  Коха на смену Березовскому и Гусинскому во главе важнейших СМИ - отражает магистральную  линию пораженчества, за которой - все тот же корыстный интерес к распродаже родины.

[3] А вот в старомодных Чехии и Словакии авторов не столь давних и всем памятных «частных прошений» об иностранной интервенции образца 1968 г. совсем недавно отдали  под суд,  как некогда Квислинга в Норвегии или Петена во Франции вместе с другими подобными «бизнесменами».

[4] Как видно «мыслителей» Кох представляет очень односторонне,  не очень скрывая этого. Из зарубежных интеллектуальных технологий, достойных заимствования он выделяет одну: «Я в позавчерашней "Файненшнл таймс" прочитал статью, что государственные чиновники украли в Китае 25 миллиардов долларов на субсидиях на зерно, вот этот опыт очень бы пригодился в России». (См. там же).

[5] Делягин М. Олигархиада-2.//Совершенно секретно, № 4, 2001, с.10.

[6] Пионтковский А. Союз правильных конкретных сил.//Новая газета, №35, 2001, с.3.

[7] Подобных паразитических властных и компрадорских групп, которые живут лишь сбытом созданного не ими национального достояния вместо того, чтобы приумножать его, стало излишне много для одной страны. Их обширный, хотя и не полный, перечень можно найти, например, в  процитированной выше публикации М. Делягина. И приведенные суждения бывшего вице-премьера - верный индикатор их настроений. Но почему их деятельность не встречает сопротивления со стороны властей? – вопрос отдельный и выходящий за рамки нашей основной темы.

[8] Хлебников П. Крестный отец Кремля Борис Березовский или история разграбления России. М., 2001, с.102-103.

[9] Там же.

[10] На прозвучавшую в вышеприведенном высказывании Ясина важную стилистическую особенность, которая многим режет слух, обращает внимание А. С. Панарин: «…Наши элиты, они давно уже говорят о России и о нас с вами: "Этот народ, эта страна…" Они себя с ней не идентифицируют. Мало того, сегодня много говорят о поражении СССР в холодной войне. Но, знаете, немецкая и японская элиты переживали в 1945 году национальное поражение как свое собственное поражение. А наши западники ликуют! Получается как бы так: они вместе с Америкой победили «эту страну» и «этот народ». И в этих условиях, когда народы оставлены элитами, когда у них нет идейных, политических и интеллектуальных руководителей, возникает ситуация гетто, оставленного, кинутого, презираемого гетто. И стихия этого отчаяния может проявиться как угодно – в стихийных возмущениях, и в баррикадных стихийных боях (иногда безрассудных и бесперспективных), и в актах терроризма. //Радонеж, № 17-18, 2001 г.

[1] Минкин А. Прощай, умытая Россия!//Новая газета, 03.11.1998.

[1] Напротив, видимо, для идеологического прикрытия прогнозируемых благодетельных событий в распоряжение именно А. Коха один за другим было отдано 2 (два!) телеканала - провинциальный «Прометей» и общенациональный «НТВ». Более достойного «медиамагната» не искали. Похоже на то, что появление  Коха на смену Березовскому и Гусинскому во главе важнейших СМИ - отражает магистральную  линию пораженчества, за которой - все тот же корыстный интерес к распродаже родины.

[1] А вот в старомодных Чехии и Словакии авторов не столь давних и всем памятных «частных прошений» об иностранной интервенции образца 1968 г. совсем недавно отдали  под суд,  как некогда Квислинга в Норвегии или Петена во Франции вместе с другими подобными «бизнесменами».

[1] Как видно «мыслителей» Кох представляет очень односторонне,  не очень скрывая этого. Из зарубежных интеллектуальных технологий, достойных заимствования он выделяет одну: «Я в позавчерашней "Файненшнл таймс" прочитал статью, что государственные чиновники украли в Китае 25 миллиардов долларов на субсидиях на зерно, вот этот опыт очень бы пригодился в России». (См. там же).

[1] Делягин М. Олигархиада-2.//Совершенно секретно, № 4, 2001, с.10.

[1] Пионтковский А. Союз правильных конкретных сил.//Новая газета, №35, 2001, с.3.

[1] Подобных паразитических властных и компрадорских групп, которые живут лишь сбытом созданного не ими национального достояния вместо того, чтобы приумножать его, стало излишне много для одной страны. Их обширный, хотя и не полный, перечень можно найти, например, в  процитированной выше публикации М. Делягина. И приведенные суждения бывшего вице-премьера - верный индикатор их настроений. Но почему их деятельность не встречает сопротивления со стороны властей? – вопрос отдельный и выходящий за рамки нашей основной темы.

[1] Хлебников П. Крестный отец Кремля Борис Березовский или история разграбления России. М., 2001, с.102-103.

[1] Там же.

[1] На прозвучавшую в вышеприведенном высказывании Ясина важную стилистическую особенность, которая многим режет слух, обращает внимание А. С. Панарин: «…Наши элиты, они давно уже говорят о России и о нас с вами: "Этот народ, эта страна…" Они себя с ней не идентифицируют. Мало того, сегодня много говорят о поражении СССР в холодной войне. Но, знаете, немецкая и японская элиты переживали в 1945 году национальное поражение как свое собственное поражение. А наши западники ликуют! Получается как бы так: они вместе с Америкой победили «эту страну» и «этот народ». И в этих условиях, когда народы оставлены элитами, когда у них нет идейных, политических и интеллектуальных руководителей, возникает ситуация гетто, оставленного, кинутого, презираемого гетто. И стихия этого отчаяния может проявиться как угодно – в стихийных возмущениях, и в баррикадных стихийных боях (иногда безрассудных и бесперспективных), и в актах терроризма. //Радонеж, № 17-18, 2001 г.

 

Последнее обновление ( 01.02.2011 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей