12.12.2018 г.
Главная arrow Главная arrow С.И. Иванов. К концепции реформирования Академии наук





С.И. Иванов. К концепции реформирования Академии наук Печать E-mail
Автор - публикатор   
09.02.2014 г.
Публикацией данного материала мы открываем предсъездовскую дискуссию нашего движения, в которой будут рассмотрены наиболее актуальные вопросы реформирования отечественной науки, в первую очередь академической.  Ред. сайта ДЗВОН.

uchenye.jpgДля того, чтобы реформировать Академию наук с целью оздоровления и повышения эффективности ее деятельности необходимо с полной ясностью представлять себе круг задач, которые она должна выполнять в обществе. Понимание этого может быть достигнуто только при рассмотрении истории ее функционирования, начиная с целей, изначально поставленных ее создателями. Как известно, создание Академия наук было инициировано Петром I для «насаждения наук и искусств в России». Последние слова означали, что основная задача Академии в том, чтобы собирать и распространять в народе  знания, полезные для эффективного использования  потенциала России с целями укрепления ее экономической и военной мощи и, в конечном счете, роста благосостояния населения. Само название Академия в ту пору свидетельствовало об ее статусе, как высшего учебного заведения, так и научного сообщества. После того, как ученики академиков сами становились специалистами, они распространяли полученные знания на более широкий круг лиц в различных учебных заведениях низшего ранга или находили себя в других областях.

Изменилась ли через триста лет сформулированная при создании основная задача Академии? Нет, не изменилась! В то же время, для приведения способов ее решения в соответствие с требованиями настоящего времени возникает необходимость реформирования Академии наук.

Система наук

Как известно, общая задача науки состоит в том, чтобы добывать и систематизировать знания о мире с целью применения их для решения человеческих проблем. Сложность изучаемого наукой мира породила сложность ее структурной организации, которая частично отражена в сложившейся классификации наук. Очевидно, что при анализе стоящих перед наукой задач целесообразно учитывать основные положения этой классификации.

Традиционно науки делятся, на две большие группы - естественные и гуманитарные. Группа естественных наук изучают материальную сторону действительности и отношения людей с физическим миром. К верхнему иерархическому уровню этой группы обычно относят такие универсальные дисциплины как физика, химия, биология, математика. Каждая из них, в свою очередь, ветвится на разделы и подразделы, которые, соприкасаясь при изучении разных сторон одного явления, часто переплетаются и сливаются между собой.

Гуманитарные науки изучают духовный мир человека и взаимоотношения людей в обществе. Также как и естественные науки, они образуют сложную иерархическую систему дисциплин, каждая из которых занимается изучением  различных сторон функционирования человеческого сознания и общества.

Особое место в системе наук занимают философия, математика и медицинские науки. Первая формулирует фундаментальные понятия и законы, общие для всех других областей знания. Вторая разрабатывает методологию точного и количественного описания явлений для остальных разделов науки. Третья область сосредоточена на поиске способов поддержания  здоровья человека, привлекая для решения этого вопроса с переменным успехом весь арсенал достижений из других областей знаний.

Отношение между фундаментальной и прикладной наукой

В процессе функционирования научных организаций возникло деление их на фундаментальные и прикладные. Это деление обусловлено разнообразием связей между системой добываемых наукой знаний и видами человеческой деятельности, в которых эти знания используются. Ту часть науки, которая добывает знания о различных сторонах действительности, относят к фундаментальной науке. Она в основном представлена в Академии наук. Другую часть, которая использует знания из различных областей фундаментальной науки для решения конкретных проблем в жизни человека, относят к прикладной науке. Отсюда вытекают формы организации прикладной и фундаментальной наук.

Организации прикладной науки находятся в тесном контакте с производящими предприятиями и обычно подчинены руководству соответствующих отраслей. Цель прикладной научной организации решать стоящую перед отраслью конкретную практическую задачу, используя весь арсенал знаний, накопленный фундаментальной наукой. При этом, осуществляя исследование какого-либо случайно найденного или малоизученного эффекта с целью применения его для решения этой конкретной задачи, коллектив часто порождает новые направления фундаментальной науки. Если новое направление для своего развития требует специального бюджетного финансирования и в результатах исследования заинтересованы несколько независимых отраслей, то имеет смысл выделения его в специальную лабораторию в учреждении фундаментальной науки, выводя его из подчинения конкретной отрасли и передавая в систему Академии наук. Примером может служить  эффект усиления излучения при прохождении света через активную среду, которое первоначально было открыто группой Фабриканта в отраслевом институте, а затем его изучение под именем лазерного излучения было продолжено в Институте физики Академии наук. В противном случае это направление лучше развивается на базе породившей его отраслевого учреждения. В академическом статусе, лаборатории, развивающие новое направление науки работают либо в прямом контакте с заинтересованными в их результатах отраслями либо опосредованно - через публикации в открытой научной и научно-популярной литературе.

Конкретизация основных задач Академии наук

Конкретизация задач, которые следует решать отечественным ученым,  определяется проблемами, возникающими в обществе, которые оно не в состоянии разрешить простыми экономическими или политическими способами. Поскольку при этом наука решает национальные  проблемы и оплачивается данным обществом, то ее нельзя считать, как сейчас общепринято, явлением интернациональным. Интернациональной она становится лишь в том случае, когда достигнутыми результатами начинают пользоваться нации, не вносившие вклад в ее развитие.

Неизбежность глобализации и связанные с ней процессы свободного перетока неодушевленного капитала и рабочей силы по градиенту нормы прибыли со всей серьезностью ставят вопрос о сохранении в жестких природных условиях России достигнутого уровня экономического развития и об удержании территории России в рамках пространства европейской цивилизации, включая отечественный ее вариант. Выпадение из этого пространства было бы гибельно не только для России, но в перспективе и для всей Европейской цивилизации.

В условиях открытой экономики вопрос сохранения на территории  России исторически сложившейся культуры и населения может быть решен только посредством повышения конкурентоспособности хозяйственной деятельности  на базе оптимального использования имеющихся в стране ресурсов с применением технологий, позволяющих нейтрализовать отрицательные стороны российских природно-климатических условий, или даже обратить их на пользу экономике.

Подобные технологии нельзя заимствовать за рубежом и, следовательно, разработка их это исключительно задача отечественных ученых. Такие технологии могут быть созданы только на базе тщательного изучения возможностей эффективного использования отечественных ресурсов, а также открытия и исследования новых явлений, характерных для нашей природно-климатической зоны. Соединение результатов этих исследований с передовыми достижениями мировой науки могло бы привести к разработке оригинальных технологий, способных дать в России большой экономический эффект. Например, тот факт, что Россия, имеет высокую плотность населения на территориях, где отрицательная температура удерживается почти половину года, делает ее уникальной страной, в которой технологии с использованием бесплатного холода могут давать большой экономический эффект.

Из этих рассуждений со всей ясностью вытекают две задачи, которые следует ставить перед отечественной фундаментальной наукой и ее академической организацией.

В качестве первой - может быть выделена задача развертывания активной деятельности по поддержанию и развитию национальной научно-технической информационной системы. Необходимо сделать так, чтобы все значимые научные и технические достижения мировой и отечественной науки были широко доступны не только для ученых, но и для инженерно-технических работников, изобретателей и учащейся молодежи на русском языке в виде монографий, статей в научной периодике, справочников, учебников, научно-популярной литературы, а также через электронные средства информации. При этом к русскому языку следует относиться не просто как к одному из четырех полноценных носителей мировой научно-технической информации (наряду с английским, французским и китайским), но еще и как к единственному оставшемуся на сегодняшний день ограничительному барьеру, замедляющему отток дееспособного населения с территории России. Для работы по наполнению этой системы информацией целесообразно привлекать, в том числе, ученых пенсионного возраста, опыт и знания которых в настоящее время не востребованы и не оплачиваются обществом. Особо также следует поставить вопрос о привлечении к этой работе огромной армии специалистов, вынужденно уехавших за рубеж, заинтересовав их  материально, например, перспективой получения пенсий по возвращении на Родину, размер которых будет определяться их вкладом в развитие национальной научно-технической информационной системы. При такой постановке вопроса специалисты, уехавшие за рубеж, перестанут быть безвозвратно потерянным интеллектуальным капиталом. К сожалению, в настоящее время поток научно-технической информации направлен в противоположную сторону. Не только уехавшие из страны специалисты наполняют новыми знаниями англоязычную научно-техническую информационную систему, но даже ученые, оставшиеся на Родине, испытывая моральное и материальное давление со стороны неких сил во власти, вынуждены публиковать свои работы в зарубежных научных журналах на английском языке. При этом зачастую эти   журналы оказываются недоступными для широкого круга отечественных специалистов даже через систему интернета. Также малодоступны публикации в отечественных русскоязычных журналах ввиду их мизерных тиражей и разрушенной системы распространения научных знаний.

Другая задача Академии наук состоит в том, чтобы  на базе достижений мировой и отечественной науки поддерживать активную исследовательскую работу во всех направлениях, отдавая при этом приоритет тем исследованиям, которые в перспективе могут принести экономический эффект в условиях нашей страны. Выполнение подобных исследований не только приведет к наполнению научно-технической информационной системы новыми знаниями, актуальными для прикладной науки и производства, но и  готовит кадры высокой квалификации, способные быстро воспринимать и творчески использовать последние достижения мировой науки при решении задач прикладного характера. Открытия в науке невозможно планировать, но следует создавать условия, в которых они возникают и уметь отслеживать и во время поддерживать перспективные находки с тем, чтобы слабый росток нового мог превратиться в большое плодоносящее дерево.

Готовить кадры высшей квалификации на основе теоретического и практического освоения достижений мировой науки в состоянии только Академия наук. Обычные ВУЗы слишком заняты массовой подготовкой специалистов на основе стандартных программ и устоявшихся учебников, чтобы справиться с этой задачей.

Освоение таких революционных прорывов в мировой науке, которые привели к использованию атомной энергии или конструированию живых организмов методами генной инженерии, стало возможным только силами Академии наук. Воспитываемые в аспирантуре институтов Академии наук кадры подобны армии, которая, будучи в резерве и постоянно тренируясь, всегда готова отразить любой вызов противника. Очевидно, что также как и отсутствие армии, отсутствие интеллектуального потенциала, способного противостоять внешней экспансии, может привести страну к печальным последствиям.

При наличии реальной перспективы больших социальных потрясений в условиях стихийного развития процессов глобализации, задача общественных наук состоит в том, чтобы предвидеть возможные угрозы и разрабатывать меры для защиты населения страны от негативных последствий глобализации. Для этого, как минимум, необходимо отслеживать развивающиеся демографические (структура рождаемости, смертности и миграции населения и т.д.), экономические (структура и динамика производства, движение капиталов и т.д.) и политические (изменение социальной структуры общества, экономическое и социальное расслоение, анализ причин активизации классовых, национальных и религиозных движений) процессы не только внутри страны, но и в мировом масштабе.

Об особенностях оплаты труда в науке, пенсионном обеспечении ученых и привлечении молодежи в науку

Особенность науки как общественного явления состоит в том, что подобно другим общественным институтам, таким как  армия, различные спецслужбы, системы образования и здравоохранения, она не может существовать за счет рыночных механизмов самофинансирования. Причина этого в том, что нематериальный продукт  деятельности ученых - новые знания, оригинальные разработки, проекты, технологии - нельзя обменять в условиях рынка на деньги эквивалентно затратам на его производство. Рыночная цена любой информации быстро опускается до цены носителя, на котором она записана (бумага, дискеты, магнитные ленты и т.д.). Поэтому доходы авторов, которые могут быть получены от продажи интеллектуального продукта на свободном рынке, в состоянии скомпенсировать лишь малую часть потраченных ими усилий. Следовательно, общество, будучи заинтересовано в плодах научно - технического прогресса, вынуждено в лице государства брать на себя расходы по содержанию научных учреждений. Отсюда у государства возникают проблемы организации материальных условий для научной работы, защиты прав научного работника и стимулирования к эффективной работе как отдельных работников, так и научных коллективов.

Что касается материальных условий, то они делятся на две части. Это инфраструктура, необходимая для успешной работы научного сотрудника и его  зарплата. Зарплата одновременно может выполнять как функцию условия работы так и ее стимула. Поэтому зарплата должна состоять из двух компонент - базовой, которая определяется средним уровнем оплаты труда в обществе, и премиальной, основанной на оценке полученных результатов. Поскольку стимулом эффективной работы в науке является премиальная компонента, проблема состоит в совершенствовании премиальной оплаты труда, как отдельных ученых, так и научных коллективов. При этом в качестве критерия для определения размеров премирования следует ориентироваться на оценку разработок прикладной науки и степень использования в них достижений фундаментальной науки. Кроме того, премиальная компонента должна быть системной, то есть производиться регулярно по времени и применяться по отношению ко всем научным работникам. 

Грантовая система материального стимулирования науки первоначально не отличалась от премиальной. Это видно уже из того, что перевод слова грант с английского означает дар, то есть не ограниченная никакими условиями передача денег ученому в качестве награды за его вклад в науку. Введенные затем ограничения и условия на использование получаемых по гранту денег, вплоть до детального планирования расходов и, соответственно, этапов научной работы пагубно сказываются на научной работе, поскольку лишают ученого свободы творчества. Ввиду того, что повороты мысли в научной работе не предсказуемы, свобода оперативного маневра имеющимися средствами для успешной работы ученого важна еще в большей степени, чем для  предпринимателя, который имеет ее благодаря неограниченному праву распоряжаться своими деньгами. При современной грантовой системе финансирования ученый, связанный бюрократическими ограничениями, не смеет следовать логике промежуточных результатов исследований и вынужден от начала до конца выполнять утвержденный чиновником план работ, даже, если он утратил смысл в свете вновь полученных научных данных. В противном случае он рискует лишиться финансирования. В результате грантовской гонки статьи и отчеты о выполнении поддержанных грантами работ содержат приукрашенные, но малозначимые по существу или непроверенные и даже ложные результаты, которые не способствуют решению реальных проблем. К сожалению грантовая система дошла до нас уже в своем настоящем извращенном и расточительном виде.

  Степенные надбавки следует рассматривать как пожизненное премирование за вклад в науку оцененный, присвоением степеней кандидата и доктора наук. В результате реформ, в отличие от обычного обывателя, ученые экономически пострадали дважды. Они потеряли не только банковские вклады, но и значительную часть заслуженной предшествующим трудом премиальной компоненты зарплаты. Допущенную социальную несправедливость необходимо исправлять уже потому, что из-за низких размеров степенные надбавки и поощрения потеряли свое значение в качестве стимула привлечения молодежи в науку. 

В настоящее время в науке ощущается глубокий дефицит молодежи. Многие ответственные лица, обеспокоенные сложившейся ситуацией, в качестве единственной причины называют зарплату молодых научных сотрудников по сравнению с зарплатой в других сферах деятельности. Для привлечения молодежи в науку они предлагают выплачивать молодым специалистам зарплаты, превышающие зарплаты уже состоявшихся ученых. Действительно, уровень зарплат в науке невысок. Однако это не единственная причина непопулярности науки среди молодежи. В советское время молодежь в науке также не купалась в роскоши: молодой ученый получал в полтора, а то и в два раза меньше водителя общественного транспорта или квалифицированного рабочего. Однако дефицита в молодых кадрах наука не ощущала. Скорее, наоборот, был избыток желающих работать в науке. В чем же дело?

Ответ на вопрос может быть получен, если внимательно рассмотреть специфику труда в науке. Особенность труда молодого ученого состоит в том, что, в отличие от наемного специалиста на производстве, он работает не на получение ощутимого материального продукта, а добывает знания на перспективу развития производства. Соответственно его психологию можно сравнить с психологией золотоискателя или кладоискателя, которые могут пожертвовать многим и терпеть лишения ради того, чтобы получить результат, обеспечивающий им благополучное существование в будущем. Разница лишь в том, что золотоискателя и кладоискателя вознаграждает сам объект поиска, а ученого - государство в виде денежных надбавок за степень, полученную  после сложной процедуры оценки результатов его труда. Этот же смысл имеют выплаты членам-корреспондентам и академикам за их академические звания. Естественно, что подобные выплаты, как за научные степени, так и за академические звания были в момент их установления в СССР пожизненными и прибавлялись к пенсиям за выслугу лет. Такая система поощрения труда ученых позволила быстро и с минимальными затратами решить кадровую проблему в науке, поскольку привлекала молодежь живыми примерами обеспеченного будущего их учителей и работающих рядом с ними старших товарищей. Затем, когда было достигнуто насыщение кадрами, надбавки за кандидатскую и докторскую степени перестали быть пожизненными (выяснить: когда? - возможно во время хрущевской пенсионной реформы) и сохранились лишь ученым, непосредственно работающим в науке и в сфере образования. Эта мера способствовала понижению статуса ученого в обществе. В настоящее  время, когда на обычную пенсию нельзя достойно существовать, отказывать себе в радостях жизни, чтобы в перспективе достичь ученой степени, а в конце жизни вести нищенское существование, для молодежи не представляется привлекательным.

Кроме того, при обновлении кадрового состава научных учреждений у руководителей возникает проблема освобождения вакансий, занимаемых пенсионерами, Существующие размеры пенсий делают увольнение немощного пенсионера равносильным его убийству. Но у кого поднимется рука инициировать убийство заслуженного одинокого старика?!

Все изложенное приводит к выводу, что необходимо вернуться к практике пожизненных надбавок за степень, которые, кроме решения экономических проблем престарелых ученых, способствовали бы привлечению в науку молодежи.  

Очевидно, что в условиях реформирования Академии наук этот вопрос лучше всего решить посредством принятия специального закона о пожизненных степенных надбавках ученым. При этом обусловленность выплаты надбавок стажем работы в учреждениях, где такие надбавки выплачивались, например, 20 годами для кандидатов наук и 10 годами для докторов наук (последние обычно защищают диссертации в районе 40 лет), способствовало бы удержанию остепенившихся ученых в родной стране, то есть тормозило бы процесс утечки мозгов. Более того, в ряде случаев этот закон можно было бы распространить и на отъезжающих за рубеж ученых, если их отъезд обусловить обязательством печатать свои работы на русском языке, а также переводить на русский язык лучшие зарубежные научные публикации с последующим их изданием в России. Такая мера бы соответствовало основным целям фундаментальной науки: получение достоверной научной информации и обеспечение свободного доступа к ней широкого круга учащихся и специалистов.

Следует добавить, что права ученых на повышенную зарплату и пенсию давно обосновано в экономической науке делением труда на простой и сложный. При этом труд высококвалифицированных специалистов, к которым относятся дипломированные ученые, является  наиболее сложным и, согласно выводам экономистов, требует максимальной оплаты.

 Понятно, что эффективность положительного влияния предлагаемого закона на состояние науки зависит от размеров надбавок и их ежегодной инфляционной индексации. Сам процесс выплаты надбавок можно было бы осуществлять при помощи системы, которая в настоящее время обеспечивает пожизненные выплаты за академическое звание членам-корреспондентам и академикам государственных академий.

Моральные, социальные и экономические проблемы реформирования науки

            Преследуя эгоистические интересы, некоторые деятели науки ратуют за введение права собственности на научную продукцию. Но кто подумал с какими потерями будут разрешаться возникающие при этом внутренние противоречия, не говоря уже о внешних, которые всегда присущи любым рыночным отношениям по самой их природе? Даже в те времена, когда научная продукция являлась собственностью государства, противоречия между коллегами, между руководителями и подчиненными, между бывшими учениками и их учителями сотрясали научные коллективы. Что же говорить, о той ситуации, когда разделу будет подлежать не эфемерное авторство на печатные работы, а собственность на научную продукцию, за которой будут стоять вполне ощутимые материальные блага.

            Настоящим ученым обычно чужда психология собственника. Их мироощущение ближе к мироощущению художника или кладоискателя. Мотивацией их деятельности является поиск научных знаний, за которые они рассчитывают получить от общества признание и материальное вознаграждение. Здоровые научные коллективы образуются подобно старательским артелям золотодобытчиков, когда возникает необходимость разработать перспективное золотоносное месторождение. В таких коллективах обычно не возникают споры о приоритете или собственности на научный результат подобно тому, как в старательской артели не возникает спора о праве на случайно найденный ее членом самородок, - ни у кого не возникает сомнения, что он принадлежит всей артели. При этом как в научном коллективе, так и в артели вознаграждение за результат распределяется по общепризнанным правилам под наблюдением наиболее авторитетных лиц. Такая практика исключает все недоразумения и обеспечивает наивысшую эффективность работы коллективов.

            Среди части лиц, от которых зависит судьба отечественной науки, распространено мнение, что ввиду невозможности достойного финансирования всей науки необходимо пожертвовать частью сохранившегося кадрового научного потенциала и за счет сэкономленных средств поддержать “научную элиту”. Это мнение обосновывается тем, что наука нуждается в новом оборудовании, и лучше иметь небольшое число отборных ученых, обеспеченных современным оборудованием, чем содержать дублирующие друг друга учреждения, насыщенное ржавыми устаревшими приборами. Кому-то на первый взгляд эта точка зрения может показаться достаточно убедительной. Однако, присмотревшись внимательно, легко обнаружить, что она имеет существенные изъяны.

            Во-первых, сразу же возникает известный вопрос: “А судьи кто?” Кто возьмет на себя ответственность утверждать, что этот специалист относится к элите, а тот к элите не относится? И если, не дай бог, такой отбор будет произведен, то ведь это очевидно, что “элита” окажется состоящей из неспособной к реальной научной работе многочисленной научной бюрократии. И даже если такая элита будет разбавлена дееспособными молодыми людьми, то где гарантия, что в этих условиях последние, получив опыт работы на современном оборудовании и ученые степени, в поисках более высокой зарплаты и независимости от бюрократической тирании не покинут Родину, оставив от отечественной науки лишь подержанные приборы.

Во-вторых, уничтожение дублирующих работу друг друга научных организаций подорвет принцип конкуренции в науке. Исчезнут условия для независимой и объективные оценки эффективности результатов научной работы специалистами. Невозможно будет сделать заказ в несколько разных организаций с тем, чтобы выбрать лучшую разработку и запустить ее в массовое производство. В советское время такое использование преимуществ конкуренции и одновременно сведение к минимуму ее издержек путем выбора наилучшей разработки еще до запуска изделия в производство полностью себя оправдало в гражданской авиации, в автомобилестроении, в производстве вооружений и в ряде других областей. 

            В-третьих, само то, что при решении вопроса в основу ставится количество современного оборудования, а не количество специалистов, которые в нем нуждаются, мягко говоря, является не гуманным.

            Действительно, всякие преобразования в цивилизованном обществе проводятся в интересах людей. То есть, на первое место ставится вопрос, а выиграют люди от намеченных преобразований или проиграют? В данном случае вопрос поставлен иначе: осуществить преобразования в интересах абстрактного понятия наука, а что при этом станет с большинством специалистов, которые ее наполняют, или как это отразится на остальной части общества, остается на втором или третьем плане. Между тем, речь идет о высококвалифицированных специалистах узкой специализации, на подготовку которых общество в свое время затратило огромные средства, что само по себе делает каждого из них ценнее всякого серийного оборудования, которым предполагается обеспечить неизвестно каким образом отобранную элиту. Ведь этих людей планируют сделать лишними только потому, что новоиспеченные чиновники не хотят или не могут организовать их эффективную работу.

            В материальном отношении общество только потеряет, если отделит этих людей от их средств производства, рядом с которыми они могут приносить пользу. Ведь производительность труда узкого специалиста в незнакомой области также низка, как и не подготовленного работника. В условиях безработицы эти люди будут не конкурентоспособны даже с необразованными молодыми людьми, у которых отсутствие необходимой подготовки достаточно успешно возмещается энергией их возраста. Следовательно, общество вынуждено будет взять на себя груз заботы об их материальном обеспечении. В противном случае оно должно согласиться с их физическим уничтожением.

            В результате многолетнего нищенского положения науки в ней остались лишь самые стойкие и преданные служители. Те, кто могли с выгодой для себя приспособиться к рыночным условиям и не были искренне преданы благородной профессии поиска истины, уже давно сошли с дистанции. В отличие от своих покинувших науку коллег, оставшиеся в науке работники в случае увольнения не смогут найти себе место за торговым прилавком и не только потому, что таких мест уже не осталось, а более потому, что у них при этом будет отнят смысл всей их жизни. И не надо удивляться, если за предполагаемым сокращением кадрового состава науки последует волна скоропостижных смертей и “добровольных” уходов из жизни научных работников. Ведь подобное явление уже наблюдалось не столь давно в нашей армии. Ответственность за это ляжет несмываемым пятном на организаторов и исполнителей планируемой реструктуризации. При решении кадровых вопросов науки в любом случае необходимо руководствоваться перефразированной из Евангелия мыслью: наука для человека, а не человек для науки.

            Другое дело, что необходимо провести селекцию на добросовестность среди научной бюрократии. В отличие от научных работников, осуществленный в последние годы естественный отбор на выносливость и преданность науке ее не коснулся, поскольку она получила возможность использовать выделяемые скудные бюджетные средства и недвижимость научных учреждений на цели своего личного обогащения.

            Не лучше ли в этих условиях рассмотреть вопрос и о компетентности новой бюрократии, бездумно планирующей акцию разрушения отечественной науки. Можно ли считать нормальным, что судьбами уникальных специалистов распоряжаются люди, которые порой не владеют и сотой долей соответствующих специальных знаний? Ведь именно в этом часто заключена причина потока абсурдных “судьбоносных” решений, которые на протяжении последних 20 лет беспощадно терзают нашу страну.

            Как известно, наука развивается в экономически благополучных обществах. Наше общество в настоящее время таковым не является и именно этим следует объяснить кратное сокращение за последние годы кадрового состава науки. Однако, надо надеяться, что это ситуация временная. Поэтому, чтобы облегчить восстановление былой мощи отечественной науки, необходимо в неприкосновенности сохранить ее будущие точки роста. Такими точками роста являются старые институты и старые кадры, которые в благоприятных условиях способны передать аккумулированные ими знания и культуру научной работы пришедшей на смену молодежи. Сохранить их, чтобы противостоять наступлению невежества, а иногда и откровенного шарлатанства, которые культивируются в некоторых самопровозглашенных академиях и других пвсевдонаучных учреждениях, часто использующих научную вывеску для прикрытия весьма сомнительной деятельности, это на сегодняшний день первейшая задача нашего общества.

            Что касается обоснования сокращения рабочих мест в научных учреждениях необходимостью выкроить средства на обновление устаревшего оборудования, то нам представляется, что вопрос старения оборудования излишне драматизируется заинтересованными в этом чиновниками и торгующими оборудованием фирмами. Конечно, всегда неплохо оснастить новую лабораторию по последнему слову техники. Но что касается старых лабораторий, то за долгие годы существования в них обычно накапливается такой технический потенциал, который новым лабораториям и не снился. При этом часто уникальность собранного своими руками или полученного от предшественников оборудования такова, что обеспечивает научную конкурентоспособность лаборатории на долгие годы вперед, была бы только возможность сохранить преемственность исследований, передав знания и оборудование в надежные руки.

            Меры правительства по пресечению незаконной деятельности бюрократии ни в коей степени не должны разрушительным образом сказываться на деятельности рядовых ученых и состоянии их рабочего места. В условиях отсутствия финансирования всякое покушение на имеющуюся экспериментальную базу науки приведет к катастрофическим для науки последствиям. На старом оборудовании еще можно работать и получать вполне оригинальные результаты, потому что качество полученных результатов в большей мере зависит не от ржавчины на приборах, а от головы ученого. Если же уничтожить существующую экспериментальную базу, то в этом случае уже точно результатов не будет никаких.

            Мнение далеких от науки государственных чиновников, о том, что использование занимаемых наукой помещений для офисов и банков, если “вытряхнуть” из них ученых и всю накопленную десятилетиями многомиллиардную начинку, принесет государству больше пользы, является глубочайшим заблуждением. К такому выводу можно придти только в том случае, если не учитывать стоимость заключенных в специализированных помещениях и в оборудовании основных фондов, временные пределы использования которых определить практически не возможно. Существует очень много практически вечного оборудования, срок службы которого неограничен. Так, в Институте машиноведения до сих пор работают гигантские трофейные установки для определения прочностных характеристик крупнотоннажных металлических изделий. Это весьма дорогостоящее и уникальное в мире оборудование. Поэтому ни о какой его замене ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем, по-видимому, не может быть и речи. По стоимости подобного рода уникальное оборудование вместе с помещениями, в которых оно расположено, составляет значительную часть основных фондов отечественной науки. То же можно сказать не только о крупных установках, но и о запасах реактивов, редких материалов, посуды и мелкого оборудования, которыми до сих пор наполнены научные учреждениях и ценность которых может быть понятна только специалисту. Поэтому нашей науке угрожает не столько недостаток современного оборудования, сколько безответственность и малограмотность руководителей, готовых списать с баланса любые ценности, с тем, чтобы не нести ответственность за их сохранение, а затем и поживиться, реализовав их остатки, часто в качестве металлолома.

            С другой стороны, выгода от сдачи помещений, занимаемых институтами, в условиях ухудшающейся экономической коньюктуры, также призрачна. Если сегодня правительство Москвы с трудом находит покупателя на престижное жилье, то завтра аналогичная ситуация будет с помещениями, предназначенными под офисы. Тем более, что переоборудование помещений, первоначально предназначенных под цели науки, может оказаться слишком дорогостоящим предприятием. Возможно, что эти доводы заставят задуматься тех, кто надеется на большие прибыли в результате использования собственности научных учреждений не по назначению.

Оздоровление высшего кадрового состава Академии наук

В настоящее время для формирования состава Академии нет нужды приглашать ученых из-за рубежа, как это практиковалось в первые десятилетия существования Академии. Достаточно лишь обеспечить систему отбора академиков из специалистов высшего уровня внутри страны. Руководствуясь принципом: «Кадры решают все», построение эффективной системы отбора должно быть в центре внимания проводимой реформы. Звание академика предполагает обеспечение ученому условий для свободы творчества. Это значит, что он должен иметь условия для творчества в виде оснащенной лаборатории и коллектива учеников и технических помощников. В условиях труда, а также в личном плане он должен быть независим от произвола вышестоящих чиновников. Однако, чтобы получить такой статус ученый должен доказать, что он этому статусу соответствует. Лучшим доказательством, на наш взгляд, является значительный личный вклад ученого в развитие соответствующей области науки, признаваемый большинством его коллег. Поскольку творческая работа на переднем крае науки требует полного сосредоточения ученого на предмете исследования, то личный вклад в науку невозможно сделать, совмещая научную работу с административной деятельностью. Административный пост выше должности заведующего лабораторией отрывает специалиста от предмета исследования и делает невозможным систематическое личное участие в научном поиске. В то же время административный ресурс такого руководителя позволяет ему присваивать чужие достижения и на этом основании претендовать на членство в Академии.  Становясь академиком, он, с одной стороны, получает свободу творчества, которой, не проявив себя в науке должным образом, не в состоянии воспользоваться и поэтому тормозит развитие науки, а, с другой стороны, будучи независимым от вышестоящего руководства, разрушает тем самым административную систему поддержания инфраструктуры науки, которая для эффективного функционирования требует строгой дисциплины и неукоснительного подчинения низшего чиновника высшему. Поэтому при реформировании для оздоровления состава Академии наук следует предусмотреть пункт в уставе, согласно которому специалист, занявший административную должность выше заведующего лабораторией, не может баллотироваться для избрания в Академию наук. При этом талантливым администраторам следует оставить возможность карьерного роста вне прав члена Академии наук.

Последнее обновление ( 09.02.2014 г. )
 
« Пред.   След. »
Последние статьи
 
Экспорт новостей