27.06.2019 г.
Главная arrow Общество arrow Отказ индексировать пенсии – это идея МВФ, заявил депутат Е. Фёдоров



Отказ индексировать пенсии – это идея МВФ, заявил депутат Е. Фёдоров Печать E-mail
Автор - публикатор   
27.06.2015 г.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: У микрофона Станислав Жураковский, в гостях депутат Государственный думы, член фракции «Единая Россия», член комитета по бюджету и налогам Евгений Фёдоров. Евгений Алексеевич, здравствуйте.

Е. ФЁДОРОВ: Здравствуйте.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Вчера правительство одобрило основные характеристики федерального бюджета на следующие три года. Поддержали предложение Минфина по сокращению индексации социальных расходов. Так говорил Силуанов по итогам заседания правительства. Но при этом вице-премьер Ольга Голодец говорила, что о сокращении речи не идёт, будут отстаивать до последнего. Получается, что в ситуации, когда двукратно снижается бюджет, выбор следующий: либо мы ничего не срезаем, тогда у нас заканчивается Фонд национального благосостояния через год, резервов не будет, либо мы обходим секвестром всё, кроме социально незащищённых слоёв, то есть индексируем, как договаривались, но секвестрируем всё остальное. Есть также вариант сокращения финансирования госпрограмм, и сокращения темпов роста зарплат бюджетников, то есть как раз-таки все социальные расходы. По какому пути, как Вы думаете, пойдёт правительство?

fedorov_evgenij.jpgЕ. ФЁДОРОВ: Два пути: один сократить расходы, второй – взять из кубышки.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Если сократить расходы, там два варианта, всего три. Метода два, а пути три.

Е. ФЁДОРОВ: Есть ещё путь, по которому идут все развитые страны мира: просто больше зарабатывать. Если у вас сократились доходы на вашей работе, вы сменили работу, стали больше зарабатывать и увеличили свои доходы. Зачем вам сокращать расходы семьи?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: А как мы это сделаем?

Е. ФЁДОРОВ: Так, как делают все страны. Это называется политика количественного смягчения. Что делает вся европейская группа – Швейцария, Англия, Япония, США, Австралия – они снижают процентные ставки, запускают в экономике дополнительные деньги, за счёт этого идёт рост зарплат, пенсий, доходов, доходов населения, население больше денег тратит на покупки, и экономика оживляется. Увеличиваются обороты экономики, снижается инфляция до нуля – и всё. Мы идём уникальным путём вместо того, чтобы оживить экономику в условиях санкций.

А санкции – это нам запретили использовать иностранные деньги, значит надо использовать свои. У нас для этого есть печатный станок и всё необходимое.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это же разгонит инфляцию.

Е. ФЁДОРОВ: Нет. Назовите хоть одну страну в мире с низкими процентными ставками и высокой инфляцией – их просто нет. Как только вы запускаете рубль на тех же условиях, на которых в российской экономике крутится доллар и евро, вы замещаете доллар в российской экономике.

А вы знаете, сколько в российской экономике долларов и евро? По агрегатам 15 триллионов рублей. В долларах и евро составляют в пересчёте на рубли 45 триллионов – это статистика на новый год. Мы экономика, в которой рубль только четверть. Если вы добавляете рубль на тех же условиях, на которых крутится доллар, то вы замещаете доллар в экономике рублём, и вы сможете напечатать до 45 триллионов рублей, не изменив параметры экономики и выведя инфляцию в ноль, потому что вы будете контролировать всю экономическую среду. А сейчас вы её не контролируете – она долларовая.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Очень всё красиво, согласен, здорово. Мне бы понравилось всё. Но есть вопрос: как только мы сталкиваемся с ростом потребления, это хорошо для экономики, это рост, неужели внутренний производитель сможет нас обеспечить всем необходимым?

Е. ФЁДОРОВ: А почему нам нужен только внутренний производитель?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: У нас же санкции.

Е. ФЁДОРОВ: Санкции не касаются поставок товаров. Если вы посмотрите историю, они теоретически не будут её касаться. Когда у нас не было дипотношений в 30-е годы с Соединёнными Штатами Америки, технику поднимали инженеры, техники и оборудование из США или других стран. Та же Швеция, паровозная сделка, помните? Капиталист вам за деньги продаст маму родную, не говоря о технике или оборудовании. Мы не должны производить всё, желательно производить много, мы должны производить деньги, чтобы это всё покупать, как это и делает нищая Япония, где ничего не производится, кроме узкого сегмента техники и автомобилей – она всё остальное покупает. У неё нет вообще никаких ресурсов, а у России треть мировых.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Мы можем пойти по пути Сингапура – там ещё жёстче, там воды своей нет, они песок покупают, при этом они из третьего мира в первый перескочили.

Е. ФЁДОРОВ: Потому что технологии низких процентных ставок у вас запускают другие механизмы. Суть: у вас не иностранцы командуют, а вы. Вот это главная вещь, это называется суверенитет. Все страны с низкими процентными ставками в экономике суверенны.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Почему тогда эту схему не используют все?

Е. ФЁДОРОВ: Все используют. 40 стран.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Всего стран 160.

Е. ФЁДОРОВ: Чтобы её использовать, у вас должен быть суверенитет, вы должны принимать решение в отношении своих экономических вопросов. А по российской Конституции, о чём недавно сказал Бастрыкин, назвав Конституцию правовой диверсией, такого права нет. Решение, принятое вчера правительством, принимало не правительство – его принимало МВФ, который сказал, что надо прекратить индексировать социальные расходы, это же идея МВФ сентябрьская.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это вечная их идея, они постоянно говорят всем странам.

Е. ФЁДОРОВ: Они говорят кому угодно, но мы-то исполняем.

Идеи МВФ о секвестре бюджета, о высоких ставках, о повышении пенсионного возраста – это всё не наши идеи. У нас так устроена Конституция, что идея МВФ для нас является законом.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Какая статья?

Е. ФЁДОРОВ: 15 статья часть 4. Там сказано, я цитирую постановление пленума Верховного суда номер 5 от 2003 года, что общепризнанные принципы и нормы международного права, вырабатываемые специализированными международными учреждениями, является смыслом, содержанием и правоприменением российских законов. То есть ни один закон не может противоречить решению МВФ, я перевожу. Не случайно глава Следственного комитета Бастрыкин эту статью назвал правовой диверсией. У нас нет суверенитета, мы страна, которая обязана исполнять решения иностранных специализированных учреждений. И мы их исполняем. И Вы правильно сказали, что команды МВФ выполняют многие страны, та же Украина, Греция и другие. Но в России это заложено в Конституцию.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: У нас Конституцию могут нарушать спокойно.

Е. ФЁДОРОВ: Мы говорим сейчас о правовых вещах. И если в законе написано, а вы от него отступаете, то следует наказание. В то же постановлении пленума Верховного суда сказано обеспечить этот пункт Конституции правосудием. Когда вам судья говорит обеспечить правосудием, понимаете, о чём речь? 800 тысяч мест в местах заключения. Поэтому идите, попробуйте нарушить. А если вам глава государства в трёх посланиях говорит о снижении процентных ставок, в трёх из 12, которые он произнёс. Например, в послании в декабре полтора года назад он вообще говорил: делайте, уважаемые власти, правительство и Центральный банк то же самое, что делает по низким ставкам ФРС и Европейский центральный банк. Никто даже не собирается это исполнять, потому что у него права требовать исполнения своих решений нет.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Так ставки же снижаются.

Е. ФЁДОРОВ: Когда он это говорил, ставка была 6%, а сейчас сколько?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: 11,5%.

Е. ФЁДОРОВ: 11,5% — это больше шести.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Но надо не разгонять инфляцию.

Е. ФЁДОРОВ: Ещё раз говорю: если у вас низкая ставка, у вас низкая инфляция. Нет ни одного исключения.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: А как же быть с низким качеством госуправления? Всё здорово: есть Калуга, есть Тюмень, есть Казань – там здорово.

Е. ФЁДОРОВ: А что Вы понимаете под качеством госуправления?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это как раз исполнение решений вертикали власти, низкий уровень коррупции.

Е. ФЁДОРОВ: А вертикаль власти у нас по Конституции иностранная. То есть исполнение решений МВФ. Я правильно понимаю? Вы знаете, что создаёт решения в наших министерствах и ведомствах? Вот в министерстве финансов или Центральном банке?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Аппарат.

Е. ФЁДОРОВ: Нет. Посмотрите штатное расписание. Ни в одном из наших министерств нет отдела по производству решений. Все отделы исполнительные.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Так это же секретариат.

Е. ФЁДОРОВ: Нет. Исполнительные – кто их создаёт? Вы знаете, сколько в России ежегодно создаётся управленческих решений? 25 тысяч: законы, постановления правительства, инструкции, приказы. Кто их создаёт, их фабулу, кто придумывает?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Собирающиеся комиссии.

Е. ФЁДОРОВ: Комиссии – это просто чиновники, им написали – они исполнили. Я Вам скажу совершенно официальные вещи: их придумывают американские чиновники и предприниматели в системе наших министерств. Центральный банк, американская фирма Oliver Wyman, специализирующаяся на управлении зарубежными территориями и PricewaterhouseCoopers.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: А почему McKinsey этим не занимается?

Е. ФЁДОРОВ: Занимается, в московской мэрии. Таких организаций у нас десятки.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это же просто консультанты.

Е. ФЁДОРОВ: Вы министр, кто вам идеи на бумагу положит?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Я приглашаю консультантов, чтобы посмотреть со стороны, как это выглядит.

Е. ФЁДОРОВ: Они вам и напишут.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Но я не обязан соглашаться.

Е. ФЁДОРОВ: У вас в министерстве нет никого, кроме них, которые напишут вам идею. Такого отдела нет, и он запрещён 13 статьёй российской Конституции.

Вы вынуждены брать эти решения, потому что других у вас нет. Знаете, сколько мы за это платим? 2 миллиарда долларов.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Какое у Вас интересное измышление.

Е. ФЁДОРОВ: Так работает система управления. Кстати, советская система на территории Польши или Чехословакии работала также, но в других измерениях. Не надо войны проигрывать.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Опять всё скопировали.

Е. ФЁДОРОВ: Не в этом дело. В вашей армии и в армии врага – танки. Это технологии управления оккупированными территориями.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Кому вообще нужны танки?

Е. ФЁДОРОВ: На войне нужны. Если вы проиграли войну, вы автоматически получаете внешнее управление. Исключения в мире не бывает, это результат поражения. Поэтому наши деды и не хотели проигрывать войны, не сдавались, когда на нас нападали, а мы сдались в 1991 году, получили внешнее управление. Если мы просто сдались и выполняем команду американцев, приватизацию провели, которая называется вывоз имущества за рубеж, потому что все приватизированные предприятия управляются за рубежом из офшоров, аннексия, контрибуция и всё остальное. Теперь изменились отношения с американцами, которые год назад сказали, что хотят нас уничтожить. Мне понравилась речь министра обороны США три дня назад, который прямо сказал, что в России две задачи санкций: сместить власть, национального лидера и ликвидировать Россию. А дальше работает механизм санкций через эти самые компании, внешнее управление.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это здорово, но это примерно так выглядит: я сейчас сяду на диван, у нас тут внешнее управление, зачем вам делать новый бизнес какой-то. А почему «Яндексу», «Касперскому» или большой тройке не помешало сделать многомиллиардный бизнес, гигантскую тучу рабочих мест и вкладывать в экономику России бешеные деньги?

Е. ФЁДОРОВ: Есть общие цифры. Есть прорывы, есть хорошие вещи всегда. А теперь общие цифры. Когда мы вошли в систему внешнего управления в 1991 году, мы весили в мире 22% экономики, сегодня мы весим 2%. Десять раз за 20 с небольшим лет. При этом полностью закрыты гигантские отрасли, например, самолётостроение.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Так мы сами виноваты, сами закрывали.

Е. ФЁДОРОВ: Не сами!

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Нам приказывали?

Е. ФЁДОРОВ: Соединённые Штаты Америки давали команду через МВФ, рейтинговые агентства, инвестиционные потоки, которыми они управляют в России, у нас же свои запрещены из-за высоких ставок. В 90-е годы ключевая ставка была вообще 270%.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: При том что в советской экономике до половины был ВПК. Кому в таком размере он нужен?

Е. ФЁДОРОВ: Мы производили каждый третий пассажирский самолёт в мире, сегодня нули. Superjet в тысячу раз меньше, чем мы производили тогда. Были закрыты целые отрасли: машиностроение, станкостроение, эти 22%, остались только нефть, газ, чуть-чуть торговля и «Касперский» добавился. Я уважаю, хороший результат, только он в рамках гигантского падения. От него надо отсчёт вести. Лишившись суверенитета, мы лишились права жить по своим желаниям, по своим законам, а дальше дело техники: банки задушили всю авиационную отрасль.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Может, нам перестать жить прошлым? У нас когда-то и Аляска была наша.

Е. ФЁДОРОВ: Речь идёт о государственной архитектуре управления. Вы понимаете, что такое суверенитет? Это ваше право управлять. Если у нас его нет, вы можете иметь любые золотые мысли, за вас решения будет принимать чиновник в Вашингтоне, что он сейчас и делает. Но в условиях санкций и агрессии год назад он поставил задачу нашей ликвидации. До этого такой задачи не было – только эксплуатация. Поэтому авиацию у нас закончили ради эксплуатации, чтобы пустить Boeing и Airbus. Сегодня есть специальная контора, называется Управление при казначействе по контролю за санкциями, у которого гигантские полномочия и которое следит, чтобы упомянутые вами Oliver Wyman, PricewaterhouseCoopers строго занимались ликвидацией российской экономики на своих местах.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: То есть давали дурацкие советы?

Е. ФЁДОРОВ: Давали советы, направленные на ликвидацию экономики. Отсюда идеи правительства вчерашние, они же не с неба упали. Им сказали, что пенсионную отрасль надо задрать, секвестр бюджета допустить, ни в коем случае не снижать процентные ставки и не забивать прекращённое для нас иностранное кредитование и инвестиции на рубли, что легко сделать, и даже не приглашать на питерский форум носителей идеи о политике количественного смягчения, того же Глазьева как помощника президента. И звучат только одни предложения, как из методички для туземцев: как вам помереть. В этом суть санкций. Если бы мы были независимы, то были бы сильны, и сами принимали решения. Независимости нет – значит тонем.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Почему при этом Китай растёт так сильно?

Е. ФЁДОРОВ: В Китае на площади Тянь Ань  Мень произошло сражение, в результате которого была отбита атака оранжевых интервентов Соединённых Штатов Америки. После этого Китай из страны, которая отставала от Советского Союза в 10 раз, стала страной, которая опережает нас в 10 раз.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Не сказать, что к 1989 году в 10 раз.

Е. ФЁДОРОВ: В восемь раз, если Вас эта цифра больше устроит. У Китая остался суверенитет, он не потерпел поражение в войне. Китайцы не идиоты, они понимают, что американцы главные, они под них подстраивались.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Одним сражением на площади всё закончилось?

Е. ФЁДОРОВ: Китайцы взяли и договорились с американцами, что они будут выполнять их команды. О чём были главные переговоры, когда каждый год американский президент каждый год прилетал в Китай, закончил года два назад только? О курсе юаня. Американский президент приезжал в Китай назначать курс юаня, и китайцы с этим мирились. Но два года назад всё поменялось. Как только у американцев начались проблемы с Россией, Китай снизил процентную ставку с 9 до 2,5%.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Экономику надо разгонять, у них внутреннее потребление заканчивается.

Е. ФЁДОРОВ: Как заканчивается? У Китая уровень жизни, нищих 20 лет назад в 1,5 раза выше, чем у граждан России.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Они всю жизни жили на чашку риса в день.

Е. ФЁДОРОВ: Закончилось. Китай богаче живёт, чем в среднем граждане России.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Их больше.

Е. ФЁДОРОВ: Несмотря на это. Они раскачали внутреннее потребление. А два года назад снизили процентную ставку с 9. Когда Путин говорил снижать, у нас было 6%, а у Китая 9%. Два года назад в Китае инфляция была 9%, а сейчас – 2,5%.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Там дикая конкуренция.

Е. ФЁДОРОВ: Снизив процентную ставку, Китай автоматически снизил инфляцию. Он начал чистить китайскую экономику от доллара. Китай вывез в американскую экономику до триллиона долларов пустых бумажек, как в своё время сделал де Голль, когда потребовал у американцев золотое обеспечение.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Понятно, что после отвязывания от золотого стандарта. С другой стороны, если бы это означало автоматически рост сразу.

Е. ФЁДОРОВ: Это означает перераспределение.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это чистый монетаризм.

Е. ФЁДОРОВ: Но если на этом монетаризме живут 40 стран мира, Китай 41-й, значит, он работает.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Значит можно стать 42-й.

Е. ФЁДОРОВ: Не надо перебарщивать, надо стать 42-й, а для этого выполнить приказ Путина: снизить ставку, а для этого Путину нужно дать власть, для чего нужен суверенитет и конституционная реформа. Круг замкнулся. Вы не решите проблему кризиса и санкций, не решив проблему суверенитета. И каждый день Минфин будет приносить новые и новые негативные вести по вашему уровню жизни и по уровню экономики.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Такая одна волшебная кнопка, которая всё решит.

Е. ФЁДОРОВ: Эта кнопка называется суверенитет, право решать свою судьбу. Если у вас его нет, то её решают не в ваших интересах, а сейчас нашу судьбу решают наши официальные враги. Естественно, они будут дважды решать не в наших интересах.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Что же мы не развалились до сих пор?

Е. ФЁДОРОВ: В 10 раз упали за 20 лет – это не полшага к развалу.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Мы сами это разваливали.

Е. ФЁДОРОВ: 20 лет назад мы могли производить каждый третий самолёт в мире, а сейчас не можем. Сами – это люди, люди работают по правилам, а правила пишут американцы. Поэтому лучшие люди выгоняются, лучшие предприятия закрываются.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это же называется глобальной конкуренцией.

Е. ФЁДОРОВ: Это называется поражением в войне. Если за вас решает дядя, и он ваш враг, поверьте, вы умрёте, но не сразу, потому что вы сильный, и он будет долго выкачивать из вас кровь, что он сейчас и делает.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Мучаться будем?

Е. ФЁДОРОВ: Мы и мучаемся. Отказ от индексации социальных дел – это не мучение? Сегодня можно было прокормить ребёнка, а завтра на 20% ниже.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Когда у тебя зарплата в два раза меньше стала, конечно, ты скажешь, извини, дорогой, мы в кафе не пойдём.

Е. ФЁДОРОВ: Так дайте зарплату, как китайцам. Это же не проблема. Запустите рубль в экономику, у вас отскок только в бюджет будет 9 триллионов рублей. Никаких проблем с секвестром бюджета не будет. Просто надо делать не как командует МВФ, а как делают 40 стран мира.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Если я завтра попрошу начальника дать мне зарплату в два раза больше, он меня просто уволит.

Е. ФЁДОРОВ: Если вы в государстве отдаёте другому государству половину своего прибавочного продукта и перестали отдавать, то у вас останется в два раза больше. Вот вам первый этап роста зарплаты. А второй этап – тот же самый, который был в Советском Союзе. Занимая треть мировой материальной базы, треть ресурсов у нас под ногами, а это монополия, потому что если у вас нет месторождений нефти, вы его ни за какие деньги не создадите. А если у вас нет самого высокотехнологичного завода, вы его за деньги построите.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Треть многовато. Чернозёма 20%, пресной воды порядка 15%.

Е. ФЁДОРОВ: Я сейчас не буду цифры приводить, это официальная статистика: треть природных ресурсов мира. Имея за спиной такое гигантское преимущество, вы автоматически должны производить главное, на что вы остальное купите – деньги. Нам надо производить деньги, на которые покупать то, что нам не хватает, производить высокотехнологичные вещи. Если вы дадите нашему предпринимателю права на таких же условиях, на которых в Калуге немцы строили заводы, Volkswagen и так далее, дадите рубль, наши предприниматели в десять раз больше заводов построят, они не глупее немецких. У них просто прав нет на это. Макроэкономика такова, что они не имеют доступ к рублю на таких же условиях, на которых в Калуге имеют доступ к доллару до санкций. Откройте рубль.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Только рубль не свободно конвертируемая валюта, только внутри страны будет обращаться.

Е. ФЁДОРОВ: Кто Вам такое сказал? У нас положительные платёжный баланс, даже на переходный период 100 миллиардов. Это значит, что когда вы строите завод, у вас только четверть завода импортное оборудование, даже сейчас. А три четверти – земля, сооружения, зарплата в рублях. Вам нужно для строительства заводов всего лишь четверть валюты. Вы поменяли эту четверть и купили станок. Это я говорю о событиях сегодняшнего дня. Если завтра ЦБ снизит ставки. А стратегически вы просто наладите это производство. Кто вам мешает обратно вернуть машиностроение, авиастроение – мы же всё это умеем делать.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Так кадры советские вымерли.

Е. ФЁДОРОВ: Есть приоритетные вещи. Если вы даёте деньги, то на первом этапе вы даже возьмёте иностранных специалистов, как в 30-е годы, а на втором этапе появятся ваши кадры. С денег начинается процесс бизнеса. Вы на деньги купили станки, оборудование, технологии, кадры, а на следующие год иностранные кадры уволили, подросли наши кадры.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Прям философский камень: денег напечатали, станок включили, всё здорово.

Е. ФЁДОРОВ: Напечатали денег в объёмах иностранных кредитов и заимствований. Вы предприниматель. Таких как вы в России, взявших иностранные кредиты, на 700 миллиардов долларов, это цифры на новый год. Под это вы взяли залоги, сдали залоги иностранным банкам. Под это вы получили резервы – кто вам мешает просто перекредитоваться из немецкого банка, который из-за санкций вам не даёте денег или даёт на три недели, в российский банк? Никто. Вы просто доллары или евро меняете на рубли. Мы посчитали 700 миллиардов – это под новый год статистика 45 триллионов рублей. Вот столько и напечатайте. А дальше уже под рост печатайте. Но американцы печатают не под рост, а под внешнюю экспансию. А это нам и не надо.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Так доллар мировая валюта.

Е. ФЁДОРОВ: Имея треть мировых ресурсов за спиной, вам не надо под экспансию печатать. 45 триллионов вы печатаете сразу, потом допечатаете по 3-5 триллионов в год под внутреннее развитие: под строительство новых заводов, под рост уровня жизни. Если в России у всех повысится зарплата в два раза

С. ЖУРАКОВСКИЙ: То и цены вырастут.

Е. ФЁДОРОВ: Нет. Почему цена в России дороже, чем в Германии, а в Германии зарплата больше, чем в России в три раза? Вы поднимая зарплату автоматически раскручиваете экономику и начинаете покупать машины, куриц, мясо, то, что раньше не покупали. И за счёт этого раскручиваете второй виток экономики, как это делает сейчас Китай, как до этого делала Европа, Америка, Япония.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Но она стимулирует внутреннее потребление не от хорошей жизни, а от того, что вся экспансия практически невозможна.

Е. ФЁДОРОВ: Вы вот этой женщине скажите, которой вчерашним решением правительства сказано, что сократится государственная поддержка по линии её детей, и она не купит того, что хотела бы купить, не купит коляску. А коляску она бы купила и закрутила экономическую цепочку, и за эту коляску кто-то получил бы зарплату. Рост экономики и рост зарплат – это сопоставимый, одновременно идущий процесс. Как только мы переключаемся на политику количественных смягчений, вы автоматически поднимаете зарплату при нулевой инфляции.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Но зарплата не может расти быстрее производительности труда.

Е. ФЁДОРОВ: Производительность труда – это просто станки.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Это госуправление. Если вы вместо того, чтобы использовать компьютер, пишите на бумажке.

Е. ФЁДОРОВ: Вы что глупее литовца? Почему литовец может или поляк, а вы не можете работать с низкими ставками?

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Могу. Вы считаете, что производительность труда – это ещё и управление? Не только новый станок, но и возможность им воспользоваться, то есть управлять и станком, и человеком.

Е. ФЁДОРОВ: Управление – это просто качество людей. Я согласен. В ответ говорю, что наше качество не хуже, чем у болгар, поляков, чехов, которые используют эти методы и работают. У нас литовцы или латыши умнее нас? Значит вы научитесь.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Я могу научиться. Я могу похудеть на 40 килограмм и пойти в балет, но это довольно долгий промежуток времени.

Е. ФЁДОРОВ: Это не долгий промежуток. Возьмём Калужскую область, наши предприниматели на немецкие деньги построили немецкие заводы, которые работают в Калуге. Немцы же только консультировали, строили наши, наши банки прокачивали эти деньги – они были посредниками. Просто источник их развития будет не немецкие или европейские деньги, а источником развития будут российские рубли. Для них что немецкий, что русский завод построить – банкиру по барабану.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Мы Volkswagen не производим, у нас «АвтоВАЗ» есть.

Е. ФЁДОРОВ: А зачем нам «АвтоВАЗ»? Мы будем производить то, что нужно потребителю. Хотите Volkswagen, хотите Mercedes – это ваше дело, что строить, главное, дать вам право, а право – это деньги и низкие процентные ставки.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Я не уверен, что мы поднимаем зарплату вне зависимости от производительности труда. Я сижу великолепный, красивый, мне зарплату подняли в два раза, я молодец.

Е. ФЁДОРОВ: Мы сейчас говорим о сроках. Откуда источник роста? Сразу, на первый же день, не через полгода-год, там само собой, а на первый день. Вы предприниматель, взяли кредит под 25%, потому что иностранного нет. Из них 12% вы отдали через банк ЦБ, а 12% банк заложил, потому что у нас Базель III, которого в Европе нет, омертвил деньги по решению нашего ЦБ. На 12% ЦБ купил американский доллар. То есть вы заплатили 12% своих ресурсов США за то, что они хорошие и за то, что наш ЦБ им подчиняется. Как только вы перестанете им платить эти 12%, они останутся в вашем распоряжении, на них вы с ходу можете поднять зарплату.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: На 12%, но не в два раза.

Е. ФЁДОРОВ: 12% из экономического оборота, это может быть и в два раза. Не сразу, а в течение года. При этом вы очень быстро догоните Германию, Польшу или Литву по уровню зарплат по одной причине: в отличие от Литвы мы супер-богатая страна, у нас темпы восстановления роста в случае суверенитета будут точно в 10 раз выше, чем в Литве или Японии, которая наращивала экономический потенциал в течение 20 лет.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: В идеальном мире такое может быть. Я слабо себе представляю предпринимателя, который завтра пойдёт и своим работникам просто даст зарплату в два раза больше.

Е. ФЁДОРОВ: Вы не понимаете, как это работает. Завтра вам включили низкие ставки, вы предприниматель-инвестор, вам надо срочно строить завод. Вы схватили эти ставки, пошли строить завод. Но вам надо рабочих, чтобы они строили, а потом рабочих, чтобы работали. Вам придётся дать им в два раза больше зарплату, чтобы они к вам приехали.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: А что мне мешает из Киргизии взять рабочих?

Е. ФЁДОРОВ: Можете, но всё равно вам придётся давать большую зарплату, чем по рынку. Вот и пошла рыночная тенденция резкого роста зарплат. Иначе вы свой завод не построите, сварщиков не найдёте, токарей и всех остальных, не укомплектуете инженерами и персоналом. Заработает механизм рыночного подсоса кадров. А какой механизм? Рост зарплат. У вас тут же в соседнем заводе начнут расти зарплаты, это подтянет ваши зарплаты, чтобы не ушли.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: И это рост себестоимости продукции.

Е. ФЁДОРОВ: Рост себестоимости продукции – не надо платить 12% американцам, соответственно, у вас снижается себестоимость.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: В идеальном мире было бы так.

Е. ФЁДОРОВ: Не в идеальном. Это технология, по которой работает 40 стран мира. Мы не предлагаем ничего нового, мы просто говорим: делайте так, как это делают 40 стран мира. У вас есть вопросы? Вызовете какого-нибудь молодого парня из Deutsche Bank, он вам скажет ответы на эти вопросы, потому что он живёт в этом мире.

С. ЖУРАКОВСКИЙ: Понял Вас. Спасибо за Вашу стойкую позицию.

Е. ФЁДОРОВ: Спасибо.

 

http://rusnovosti.ru/posts/378099

 

Последнее обновление ( 27.06.2015 г. )
 
« Пред.   След. »
Экспорт новостей